?

Log in

entries friends calendar profile Previous Previous
ser_mak
ВОРОВСТВО СНОВ И СПАСЕНИЕ ДЕТЕЙ ЦАРЕМ ОБЕЗЬЯН

В японском Шинго

Дело было в японском городке Шинго. В одной семье жили мальчик Мишаку и девочка Машуку. У них была кошка Ака-Синьяку, пушистая, белая и рыжехвостая. Больше всего на свете она любила рисовать. Для этого она опускала свой пушистый рыжий хвост в различные краски и наносила их на бумагу, так что получались замечательные картинки. Она была веселая и добродушная и больше всего любила светлые краски. Поэтому хозяева звали ее еще Светокошкой. Мальчик и девочка, которые были близнецами, тоже были веселые и тоже любили играть и рисовать, а сны им снились только хорошие, не оставляя места для плохих.
В Шинго было множество туристов, потому что по японскому преданию там была могила Иисуса Христа, который убежал из Иерусалима и попал в Шинго. Там он жил до 106 лет.

Кошка встречает хомяка

Однажды Ака-Синьяку гуляла по своему городку, и в центре на площади Веселых Дел она увидела  нового чистильщика сапог для туристов. Это был черный хомяк. Впрочем, он на самом деле был коричневый – это выяснилось вот как. Турист садился на стул и протягивал сперва один сапог или ботинок. Хомяк внимательно разглядывал, какого он цвета. Выяснив цвет, хомяк нырял в банку с краской нужного цвета. Вынырнув, он несся от банки к туристу, и начинал кататься своей шерстью с краской по поверхности сапога или ботинка. Потом он немного сох на солнце, и сухой шерсткой наносил блеск. Туристы были страшно довольны и платили ему неплохие деньги монетами. Он складывал монеты за щеку.
Закончив работу, хомяк нырнул в банку с растворителем и стал чистым. Он собирался идти домой, но увидел симпатичную кошку, глядящую на него большими любопытными глазами.
- Чего зыришь? – спросил он кошку.
- Уважаемый хомяк, мне очень понравилось, как ты чистишь, - сказала кошка. - Только вот я не ношу сапоги, у меня и так мягонькие подушечки на лапках. И я не туристка, я здесь живу, и зовут меня Ака-Синьяку.
- Очень приятно! – ответил хомяк. – Меня зовут Чистохвато.
- Дорогой Чистохвато, пойдем ко мне в гости, - сказала Светокошка.
Оба зверька отправились к домику Мишаку и Машуку.
Кошка угостила хомяка китайским чаем с вкусными вафлями, а потом показала свои картины.
Чистохвато похвалил кошачьи работы и сказал, что тоже хочет попробовать порисовать. Кошка разрешила, и хомяк стал иногда заходить к ней в свободное от работы время и рисовать лапками.

Страшные сны

Так все шло хорошо, но потом случилось что-то плохое. Мишаку и Машуку стали почему-то очень грустными. Рисунки их стали мрачными. Им совсем не хотелось смеяться и играть, а когда они пошли в школу, то выяснилось, что все в школе тоже стали мрачными. С каждым днем школьники грустнели все больше.
Родители не могли понять, что случилось. Почему дети, которые всегда были веселыми, любили рисовать, играть в лего, в куклы и в солдатиков (если мальчики) или на компьютере (если постарше), перестали чем-либо интересоваться и стали угрюмыми и равнодушными.
Встревоженные родители повели Мишаку и Машуку к врачу Лечимото. Врач осмотрел детей и проверил их температуру и давление крови. Все было нормально, и ничего у них не болело, но настроение было плохим.
Единственное на что брат и сестра жаловались, было то, что им снились плохие и страшные сны.
- Тут уж я ничего не могу поделать! – сказал врач родителям. – Подарите им какой-нибудь хороший подарок!
Родители поехали в игрушечный магазин и купили замечательный подарок. Когда дети вернулись из школы, они увидели электрическую железную дорогу. Красивый паровозик вез разноцветные вагончики, делал «чух!-чух!-чух!» и пускал дымок. Через каждую минуту паровозик подмигивал разноцветной фарой во лбу и пел песенку «Мы едем-едем-едем в далекие края, хорошие соседи, веселые друзья!» Вагончики подпрыгивали на рельсах и подпевали ему хором.
Мишаку и Машуку обрадовались и стали играть, но скоро надо было ложиться спать. Наутро дети посмотрели на железную дорогу без всякого интереса и сказали: «Ерунда какая-то!» Потом, понурив голову, они пошли в школу.
Светокошка очень переживала, так как с ней они тоже перестали играть. Она плакала от сочувствия хозяину и хозяйке, которых она очень любила.

Два обманщика с копытами

В этот день к хомяку Чистохвато подошли почистить сапоги двое мужчин. Они были очень хорошо одеты и обуты.
Чистохвато удивился, глядя на сапоги обоих мужчин. Похоже, сапоги были одеты на копыта. «Наверно, это туристы из какой-нибудь страны, где у людей такие особые ноги», - подумал Чистохвато. Пока он чистил первому, сидящему на высоком стуле, второй ждал своей очереди. Он стоял рядом и разговаривал с первым.
- Тараками, ты сегодня летишь на Злофейную гору?
– А что там творится, Дибуки?
- Там веселые сны.  Я получил приглашение от ведьмы Грымзы.
– Тсс, это тайна. А вдруг он понимает, - сказал первый, указывая на хомяка.
– Да что хомяк может понимать! Это же безмозглое животное! – ответил второй.
Они замолчали, и когда Чистохвато почистил пару копытных сапог второму, они заплатили ему монеты и ушли.
Чистохвато все услышал. Хотя он действительно не все понял насчет их тайны, но очень обиделся, когда его обозвали безмозглым. Однако он терпел и молчал, потому что ему нужно было заработать. Получив деньги, хомяк как обычно засунул их за щеку и стал собираться домой. И вдруг у него во рту стало страшно горько и жутко заболели зубы. Чистохвато выплюнул  монеты. Они упали на асфальт, и тут же превратились в пыль.
- Возмутительно! – закричал хомяк. - Что же это за типы! Сначала меня обозвали безмозглым животным, а потом дали отравленные деньги! И что значит Грымза и Злофейная гора?


Светокошка и разноцветные шары

Чистохвато шел по улице с огорченным лицом, и тут встретил Светокошку, которая тоже шла с огорченным лицом.
Хомяк рассказал ей о двух странных людях, которым он чистил сапоги, а кошка в ответ рассказала ему, что было прошлой ночью.
Кошка рассказала, как перед сном как всегда дала Мишаку и Машуку себя погладить и почесать горлышко, и за это намурлыкала им добрые сны. Потом она выскочила через форточку и побежала охотиться на мышей.
В спальне детей, куда она вернулась, Светокошка вдруг увидела под потолком радужный шар, в котором переливались разные непонятные красивые блестки, как будто разноцветные рыбки в аквариуме. Шар в воздухе толкала какая-то тень, похожая на кошку. Потом появилась вторая тень-кошка, которая толкала второй радужный шар. Шары спокойно проплыли в форточку на улицу.
Кошка от неожиданности застыла на месте, но потом бросилась на улицу вслед за шарами. Она увидела, как вдоль улицы летят радужные шарики, вылетающие из окон.
Светокошка побежала вслед за шарами, которые толкали по воздуху тени кошек. Вскоре она выбежала из городка и продолжала бежать по лесной тропинке, так как она ночью хорошо видит, как все кошки.
Вскоре тропинка пошла вверх, и лес прекратился. На горе росли только скалы и между ними карликовые деревья.
На вершине горы Ака-Синьяку увидела большой черный замок, окруженный стеной. Шары, толкаемые тенями, перелетели через стены внутрь замка.
Подбежав поближе к замку, кошка хотела туда пробраться, но из ворот выскочили два огромных пса и бросились на нее. Кошка так испугалась, что запрыгнула на карликовое дерево, где псы ее не достали. Но как только их зубы клацнули возле ее хвоста, кошка перепрыгнула на другое карликовое дерево, уже повыше ростом. Так по деревьям ей удалось умчаться от псов.
Вернувшись домой, она увидела в спальне Машику и Мишуку, которые вертелись на своих кроватках и стонали от страха.
 

Сэнсэй Забодай

- Какой ужас! – воскликнул хомяк, услышав рассказ кошки. – Я думаю, что это и есть Злофейная гора. – Там встречаются какие-то плохие существа, и происходит что-то нехорошее.
- Чистохвато, что нам делать? – воскликнула кошка.
- Мы должны обратиться к сэнсэю! – сказал хомяк. – Это мой друг. Когда-то я спас его от голода. В его деревне был плохой урожай, а я у себя в норе сделал большие запасы зерна. У меня было сто килограмм зерен, и я подарил его деревне половину. Сэнсэй был очень благодарен и сказал, чтобы я всегда обращался к нему за помощью.
Чистохвато сел на свой хомячий мотороллер, а сзади посадил Ака-Синья. Они с большой скоростью помчались по шоссе, а потом по деревенской дороге. Через полчаса они прибыли к пещере, над которой было написано: «Сэнсэй Забодай».
Забодай был очень рад их видеть. Он угостил их прекрасным зеленым чаем, а потом спросил:
- Что привело вас ко мне, друзья?
Ака-Синьяку и Чистохвато рассказали сэнсэю свои истории. Забодай задумался, а потом сказал:
- Слышал я, что на этой горе поселилась злая фея. Эта ведьма превратила множество котов и кошек в тени, которые стали их рабами. Как я понимаю, ведьма посылает этих рабов в город, где они проникают в спальни детей. Там они прикладывают трубочки одним концом к макушкам спящих детей и высасывают у них хорошие сны, которые надуваются в шары. В голове детей остается пустота, и она заполняется плохими снами и разными страхами. 
- Но что с этими шарами делает ведьма? – спросила Ака-Синьяку.
- Наверно она и ее гости вытаскивают из шаров веселые и добрые сны и устраивают забаву. Ее гости – это демоны-черти, которых зовут Ỏни. Это злобные клыкастые, рогатые и копытные существа с красной, голубой или чёрной кожей. Они живут в аду, но могут оказаться на земле и как оборотни превращаться в людей, только копыта остаются, как у чертей.

Как спастись от воров снов?

- Боже мой! - воскликнула Светокошка. – Как же спасти от воров снов детей? Они же мучаются!
- Господин сэнсэй, - вежливо обратился Чистохвато. – Вы бы не могли справиться с этой нечистой силой?
- К сожалению, ничего не могу поделать, - сказал сэнсэй Забодай. – Я могу превратиться в быка, но не могу их забодать. Это ведь не люди, а ведьмы и демоны. Это большие злобные существа. Они слишком могучие! Они очень хитры и умны. Они очень сильны и их очень трудно победить.
- Что же делать? – растерянно спросили оба зверька.
- Эти силы Зла может победить только Сон Гоку. Это могучий Царь Обезьян, который побеждал демонов в Китае и в Индии. Он мой друг, потому что я написал о нем большую книгу. О том, как он путешествовал из Китая в Индию, чтобы встретиться с мудрым Буддой и раздобыть учение буддизма для китайцев и японцев.
- Надо его поскорее вызвать! – воскликнули зверьки.
- Но я могу вызвать его только при полной Луне, а полнолуние будет через две ночи.
- А как же в эти две ночи? – воскликнул хомяк Чистохвато. – Ведь тени-кошки опять отберут у детей хорошие сны!
- Я пошлю своих учеников ниндзя, и они постараются защитить спальни детей, - обещал сэнсэй.

Кошки-тени опять прилетают

В следующую ночь, когда кошки-тени прилетели в городок и подлетели к спальням детей, ниндзя бросились на них. У каждого ниндзя было по два летучих крутящихся меча, которые обычно разрубали врагов на расстоянии.
Но то, что случилось, было совсем непонятно для ниндзей. Мечи разрубали кошек-теней на части, но тени тут же срастались и становились целыми. Потом тени проникли в спальни, даже через стекла, и опять забрали у детей хорошие сны.
Утром все дети снова пришли в школу в ужасном настроении. Они не могли заниматься математикой и английским языком, а только плакали и ныли, что у них на душе только страх и печать зла.
Учителя тоже заразились от детей грустным настроением. Особенно грустным получился урок пения, когда все стали очень грустно петь лунную песню сэнсэя Гребенщикова. Они грустно пели веселую песню, и подпевали «ой, как грустно»:

Как хорошо, от души
Спят по ночам малыши.
(Ой, как грустно, очень грустно!)
Весело спят, кто в люльке, кто в коляске.
(Ой, как грустно, очень грустно!)
Пусть им приснится во сне,
(Ой, как грустно, очень грустно!)
Как на Луне, на Луне
(Ой, как грустно, очень грустно!)
Лунный Медведь вслух читает сказки
(Ой, как грустно, очень грустно!)



Этот урок передавали на весь город по телевизору, поэтому заплакал весь город, и в нем отменили продажу мороженого и детских сосальных петушков. Все родители послали по интернету письма Лунному Медведю, чтобы он перестал читать сказки вслух, потому что все от них без конца плачут.

Вызывание Обезьяньего Царя

На вторую ночь было то же самое, но на третью ночь Луна стала полной. Сэнсэй Забодай взял волшебные бумажные деньги и написал на них иероглифы Сон Гоку. Когда сэнсэй сжег эти деньги и дым пошел на небо, то в воздухе нарисовался образ могучего царя обезьян. Лицом он был похож на Луну, телом на могучее дерево. На нем была дивная кольчуга и золотой шлем, а в руке огромный железный посох весом тринадцать тысяч тонн, которым когда‑то был утрамбован Млечный Путь. Но этот чудовищный посох имеет способность по воле хозяина бесконечно уменьшаться или увеличиваться, и Сон Гоку умело использует его в схватках с врагами.
Взор его лучистый светился звездой, а на ногах были волшебные туфли, в которых он мог ступать по облакам.
- Что тебе надобно, сэнсэй? – спросил Сон Гоку громовым голосом.
- На горе возле нашего города появилась злая фея Грымза, - объяснил Забодай. - Она с помощью теней-кошек ворует добрые сны у детей и развлекает бесов и чертей.
- Как, опять эти негодяи портят жизнь на земле? – воскликнул Сон Гоку. - Я с ними лечу сражаться.
Он трижды крикнул: «Уменьшайся!» – и посох стал величиной с иголку.
Царь обезьян запрятал ее за ухо, запрыгнул на облако и понесся к Злофейной горе.

Демоны кайфуют от детских снов

Подлетев к горе, Сон Гоку произнес заклинание, встряхнулся и принял вид пчелки. Перед воротами по обеим сторонам выстроилось в ряд свыше сотни больших черных псов, которые охраняли ворота. Но они не заметили пчелку, которая пролезла в щель в воротах и полетела внутрь замка.
Сон Гоку-пчелка пролетел через весь дворец и влетел в большой зал. Там он увидел огромное количество страшных уродливых чертей, демонов и бесов, а посередине на троне сидела злая фея. Под потолком летали радужные шары. Черти, демоны и бесы подпрыгивали и лопали шары своими острыми когтями. Оттуда вылетали детские сны, которые черти, демоны и бесы хватали и запихивали в свои головы. Потом они падали на пол и засыпали. Во сне они весело дергали копытами и радостно кричали:

Мы весельчаки, хахахаха!
Мы пляшем и поем, хахахаха!

Злая фея тоже запихала себе в голову хороших снов. Она спала на троне и тоже взвизгивала от радости во сне и бормотала какие-то песенки.
Потом все черти проснулись опять злыми и набросились на ведьму, требуя еще детских шаров и веселья.
Проснутая злая фея Грымза закричала:
- Тени-кошки, сюда!
В зал влетела туча теней-кошек.
- Приказываю, - объявила ведьма. – Отправляйтесь в город за новыми шарами-детскими снами!
Черные тени-кошки зашуршали:
- Бесшумно летим за шарами, бесшумно летим за шарами! – и улетели.

Битва с ведьмой и демонами

В этот момент посреди зала появился Обезьяний Царь Сон Гоку, превратившийся из пчелки. Он вырвал у себя пучок шерстинок, произнес заклинание, и шерстинки обернулись маленькими обезьянами числом не меньше трехсот. Они бросились на демонов. Они наскакивали на них, вцеплялись в них когтями, колотили в грудь, дергали за ноги. Вырывали у них волосы, норовили выцарапать глаза, хватали за носы, опрокидывали на пол.
Потом Сон Гоку скомандовал себе: «Увеличивайся!» – и в тот же момент вместе с посохом сам поднялся на сто метров.
Голова его стала величиной с гору, глаза засверкали словно молнии, рот походил на огромную чашу, а зубы на столбы. Посох вверху достигал Неба, а внизу – преисподней. Все злые демоны в трепете пали ниц.
Сон Гоку занес над головой посох и закричал ведьме:
– Бесстыжая тварь! Ты обижаешь детей!
Ведьма, однако, не испугалась. Она вооружилась волшебным трезубцем и крикнула:
– Ах ты, невежественная обезьяна! Как ты осмелился проникнуть в мой дворец! Сейчас я тебя проучу!
Фея пронзительно взвизгнула, из носа у нее вылетело пламя, изо рта повалил густой дым, она встряхнулась и в тот же момент у нее появилось сто рук, и в каждой по трезубцу. Каждой рукой она метнула в Сон Гоку трезубец.
Однако у Сон Гоку тоже выросло сто рук, и в каждой руке был посох, который отбил все трезубцы. А самой главной рукой Сон Гоку нанес главным посохом ведьме такой удар, что она превратилась в огромного скорпиона.
Обезьяний Царь превратился в громадного петуха с двойным гребнем. Петух что‑то прокричал и клюнул скорпиона.
Так ведьма погибла, а злые клыкастые, рогатые и копытные черти и демоны в страхе убежали к себе в ад.


Победа добра

Сон Гоку принял свой настоящий вид и объявил:
- Наступила победа добра!
С этими словами он запрыгнул на облако и улетел по направлению к своему дворцу на Обезьяньей Горе. За ним летели все триста обезьян.
В этот момент в городе Шинго с неба стали падать кошки-тени, похожие на черные листья. Прикоснувшись к земле, они превращались в живых кошек и котов. За ночь весь город был населен кошкиным населением, при этом кошки были очень добродушные, хотя и черные. Правда, у некоторых котов на груди были белые пятнушки – это были начальники бывшего племени рабов кошко-теней.
Утром все дети проснулись в веселом настроении. Выйдя на улицу и увидев черных кошек, они прямо обалдели. Они стали с ними играть, и каждая семья взяла себе по одному или по два кота.
Семья Мишаку и Машику взяла к себе, в дополнение к белой Ака-Синьяку  черного кота с белым пятном и назвала его Савелием. 
Ночные сны детей и зверьков стали не страшными и еще веселее, чем были раньше.
Хомяк узнал от сэнсэя, кто спас детей, и рассказал всем жителям города Шинго. Этот день был объявлен днем Счастливых Снов и Обезьяньего Царя Сон Гоку, которому все молились и сжигали специальные бумажные деньги с благодарностью. В этот день в школы и в детские сады дети не ходили, а играли с кошками.
Машику и Мишаку играли со Светокошкой, Савелием и хомяком Чистохвато. Потом в игру включились трое котят, родившихся у Савелия и Светокошки. Их звали Уанку, Туку и Трику. Все они играют до сих пор, хотя выросли во взрослых людей и зверьков.

К  о  н  е  ц

Tags: , , , , , ,
Current Mood: cheerful cheerful

Leave a comment
Необыкновенный концерт

Нападение кота

Пес Марс жил один на заброшенной даче, откуда хозяина по фамилии Ерофеев забрала полиция за какие-то преступления. Конечно, Марс не понимал, за какие преступления, но был уверен, что хозяин ни в чем не виноват. Поэтому пес хотел наброситься на полицию, но хозяин ему не разрешил. Мы тоже думаем, что Ерофеев не был криминалом, впрочем, кто его знает. Наверно, это выяснится позднее.
На прощанье хозяин успел сказать: "Марс, стеречь!" И преданный пес стерег дачу. При появлении чужих он злобно рычал, и никто не осмеливался входить в калитку.
Марс – это бог войны у древних римлян. К тому же пес был черным и большим, и умел рычать очень злобно. Но это он только притворялся. По характеру Марс был веселым и ласковым животным и умел улыбаться, и даже хохотать. Хотя кто его не знал, думали, что это угрожающий лай и оскал зубов.
И вот случилось так, что на территории дачи появился кот Прибой. Он был черный с белой грудкой, как будто в костюме с галстуком-бабочкой. Несмотря на нарядную шкурку, это был по-настоящему злой кот. Неизвестно почему он был зол – возможно, его чересчур обижали в детстве, и он вырос сильным и злым.
Марсу хозяин оставил много собачьей еды и костей, так что для пса еда была не проблема. Другое дело кот Прибой. Хозяева его не очень любили: трудно полюбить кота с таким дурным характером. Поэтому поесть ему давали самую малость, а иногда вообще забывали. Поневоле коту приходилось охотиться. К несчастью для Прибоя, мышей в доме было мало, и он частенько ложился спать голодным.
В поисках мышей кот проник через дырку в заборе на территорию соседней дачи, где жил Марс. Собаки кот не боялся, потому что он был гораздо ловчее пса. Марс был большим и неповоротливым. Кот быстро понял, что ему нечего бояться – пес мог только пугать кота своим рычанием, но догнать его не мог. К тому же в саду были сливовые деревья, на которые кот моментально запрыгивал, как только ему грозила опасность со стороны пса. Вскоре кот освоил территорию марсовой дачи и почувствовал себя там хозяином, особенно ночью, когда Марс, естественно, спал.
На марсовой даче мышей оказалось много, и кот жировал. Но привычка к хищности у него, конечно, осталась. Поэтому, когда он однажды утром увидел какой-то живой комочек, который прыгал возле крыльца марсовой дачи, он недолго думая схватил его в лапы. Это оказалась маленькая синичка, фактически птенец. Синичка выпала из гнезда и не умела летать. Она подпрыгивала и отчаянно махала крыльями, но крылья махались неодинаково, и птичка заваливалась то налево, то направо, и падала на землю. Именно в этот момент Прибой ее и зацапал, и уже собирался съесть.

Синичка ЛялЕчка

Но судьба распорядилась по-иному – рядом оказался Марс. Пес зарычал и поднял лапу, чтобы ударить кота. Прибой не стал рисковать ради какой-то мелкой дичи – он выпустил птичку из когтей и удрал под дом, где Марс не мог его достать. Оттуда кот сердито наблюдал за происходящим. Марс не очень-то умел обращаться с малышами. Он даже не был уверен, что птичка его поймет, но на всякий случай сказал:
- Ты чего тут шляешься! Ведь тебя едва не съели!
- Пи-пи-пи, - запищала синичка. – Я же не нарочно вывалилась из гнезда! Мама и папа куда-то задевались, и никто не несет червяков и личинок, и я подумала, что полечу сама их искать. Я очень голодная… А тут на меня вдруг набросилось это существо…
- А что же, мама не говорила тебе про врагов-кошек?
- Мама рассказывала про кошек и как они выглядят, но она велела от них сразу улетать, а летать-то я толком не умею…
- Окей, теперь ты под моей защитой, - сказал пес. – Иди за мной, я тебе кое-что покажу.
Марс привел синичку – ее звали ЛялЕчка – в угол сада, где имелась куча прелой земли. Слегка копнув лапой, пес отрыл изобилие червей, которых Лялечка с удовольствием поела. Птичка чувствовала благодарность к собаке, поэтому она вспрыгнула ей на спину и стала чесать шерсть своими нежными коготками. При этом она еще выклевывала блох из псовой шерсти. Марс даже заурчал от удовольствия, почти как кот.
Пришлось Лялечке временно жить в собачьей конуре, которую Марс охранял от кота. Иногда синица выпрыгивала из конуры и тренировалась в летании под охраной пса. Вскоре Лялечка стала знатной летуньей и вовсе не боялась котов. Навестив родное гнездо, она никого там не нашла, то есть осталась одинокой. Таким же одиноким чувствовал себя и Марс, поэтому он был несказанно рад, когда Лялечка снова к нему прилетела и предложила продолжать дружбу.

Начало музыки

Особенно Марс наслаждался пением Лялечки, которое и правда было замечательным. Не соловей, конечно, но все равно здорово.
Марс тоже стал пробовать петь. Поначалу грубое горло пса издавало жуткие звуки, как будто скрипела ржавая дверь. Это было смешно, но Лялечка не смеялась над своим большим другом, а продолжала его учить. К концу месяца Марс уже неплохо пел, и они пели песни на два голоса: Лялечка пела дискантом, а Марс басом.
Однажды синица поймала кузнечика и хотела его проглотить, как вдруг кузнечик (его звали Кузявкин) взмолился и предложил поиграть на скрипке, чтобы спастись от гибели. Лялечка ему разрешила, и игра ей понравилась.
- Ладно, живи, - сказала синица. - Но за это приведи других кузнечиков и организуй оркестр.
- Окей, - сказал Кузявкин, подскочил высоко в воздух, как делают все кузнечики, и отправился к своему племени.
Через неделю оркестр был готов, точнее, это был скрипичный ансамбль. Теперь Лялечка, Марс и ансамбль кузнечиков под управлением Кузявкина устраивали концерты, на которые слетались, сходились и сползались насекомые, птицы и мелкие животные. Концерты происходили на ступеньках крыльца, которое служило сценой.
Во время концерта объявлялось перемирие, то есть птицы не ели мошек и червяков, а мыши не боялись котов. Два соседских кота, серый в полоску Денискин и рыжий Ролик, должны были охранять концерты, но они не удержались и стали подвывать, причем с большим успехом. Мышиный писк тоже оказался красивым, и восемь мышей исполняли собственное сочинение для писка с оркестром. Жужжание комаров напоминало прекрасную симфонию. Но самым прекрасным было пение синицы Лялечки в сопровождении Марсового воя.

Вторжение Прибоя

Финал концерта оказался неожиданным. После мышиного номера зрители, у кого были лапки, как например, другие мыши, коты, жуки и пауки, изо всех сил аплодировали исполнителям. А у кого не было лапок, те просто радовались, как например, гусеницы. Счастливые мыши кланялись и посылали публике воздушные поцелуи.
И в этот счастливый миг на сцену как молния вспрыгнул Прибой. Никто не успел опомниться, как кот схватил самую жирную (и самую талантливую) мышку (ее звали Матильда Феоктистовна) и помчался прочь.
Оба кота сначала опешили от неожиданности и от огорчения: ведь именно они, собственно говоря, были виновниками случившегося – они забыли о своих обязанностях сторожей! Но тут же, опомнившись, они бросились вдогонку за коварным зверем.
На бегу они орали изо всех сил:
- Стой! Стой! Стой, проклятый!
Прибой ничего не отвечал, так как его рот был занят Матильдой Феоктистовной, которую он крепко держал за спину. Он мчался как ветер, потом с разбегу взобрался по стенке дома и, влезши в слуховое окно, оказался на чердаке. Денискин и Ролик попытались тоже вскарабкаться по стенке, но это им не удалось: когти соскальзывали. Они снова и снова разбегались и пробовали вскарабкаться, но падали назад. А Прибой в это время злорадно усмехался в усы и пожирал Матильду Феоктистовну на чердаке.
На земле же творилось нечто невообразимое. Все существа со страху разбегались, разлетались и расползались кто куда. Марс пытался их успокоить, говоря: «Ну не расходитесь, господа, у нас в концерте еще два номера…». Но его никто не слушал, а кое-кто кого-то скушал – например, птички схрумкали нескольких гусениц. Кузнечный оркестр прыгал во все стороны, а один кузнечик по ошибке угодил Марсу в нос, и пес стал его оттуда выковыривать.

Большой человек

- ВСЕМ СТОЯТЬ НА МЕСТЕ! РУКИ ВВЕРХ! – вдруг раздался громовый голос. С этими словами калитка распахнулась, и ворвался большой человек с пистолетом и в очках. Все бегущие зрители остановились, а кузнечики, комары и птицы застыли в воздухе. Марс открыл рот, чтобы залаять, но от неожиданности промолчал и поднял передние лапы.
Человек стоял перед крыльцом дачи и удивленно моргал глазами, глядя на собрание насекомых и зверей с поднятыми лапами.
Он засунул пистолет в кобуру и не знал что сказать.
Тут Марс, наконец, опомнился, зарычал и возмущенно сказал:
- По какому праву вы врываетесь в чужие владения, и кто вы такой?
- Я – участковый милиционер, ой, то есть, полицейский, - сказал человек, показывая на свои погоны. - Меня зовут Саша Чемоданов. Я услышал из-за забора подозрительные звуки, тем более, что это дача подозрительного Ерофеева. Мы давно за ней наблюдаем. И вот я ворвался, думая, что это собрание бандитов… А что вы, собственно, здесь делаете?
- У нас концерт, - ответил Марс с достоинством.
- Концерт? Вот это интересно, - промолвил Саша Чемоданов. - Дело в том, что я музыкант-любитель.
– Очень приятно! Мы тоже любители, мы очень любим музыку, - прочирикала Лялечка. – Это значит, что мы коллеги.
- В свободное от службы время я играю на гуслях и барабане. Я даже сочинил симфонию для гуслей и барабана, которую сам исполняю, - сказал с гордостью Саша Чемоданов. – Правда, слушателей у меня немного: один кот Лоботряс.
- У нас полно слушателей, - с гордостью сказал Марс и обвел лапой многочисленную публику.
- Но как это может быть? Неужели вы, мелкие существа и домашние животные, можете устраивать концерты?
- Да, уважаемый господин полицейский, - сказал Марс. – Мы провели 18 репетиций и 4 выступления. У нас в коллективе мыши, птицы и даже насекомые – комары и кузнечики. Ну и, естественно, коты. А насчет Ерофеева я вот что скажу: это мой хозяин, и я его знаю как облупленного. Он хороший и ни в чем не виноват.
- Дело гражданина Ерофеева рассматривается в суде, - сказал Саша Чемоданов. – А насчет концертов – можно ли увидеть и услышать хотя бы пару номеров?
- К сожалению, уважаемый господин полицейский, мы все слишком взволнованы и не можем выступать, - сказал Марс. - Только что наша лучшая выступательница – мышь Матильда Феоктистовна – была украдена и съета.
- Какой ужас! - воскликнул полицейский. – Кто посмел съесть музыканта?
- Она не музыкант, она певец. Точнее, певица, - прощебетала Лялечка. - Точнее, была таковой, - добавила она со вздохом.
- Певицу тоже жалко! – заметил полицейский. – Но кто посмел?
- Кот Прибой! – закричали все. – Вот кто настоящий криминал!
- К сожалению, мы не можем его арестовать за убийство, даже если так много свидетелей, - ответил Чемоданов. – В Уголовном Кодексе нет ничего про котов и мышей.
- Это несправедливо! – воскликнули звери, птицы и насекомые.
- Я согласен. Но, с другой стороны, ведь коты всегда едят мышей…
- Но только не во время концерта! – убежденно сказал Марс и громко залаял от возмущения. Комары возмущенно зажужжали, мыши запищали, а коты замяукали.
- Я согласен, - ответил полицейский Чемоданов. – Кот заслуживает наказания. Сейчас я пойду на работу в отделение милиции, ой, полиции, а по дороге буду думать, как его наказать. Зайду к вам завтра утром. До свидания.

Гусли и барабан

Все попрощались с полицейским и разошлись. В конце концов, перед домом остались только Марс, Лялечка и оба кота. Все они стали думать. Особенно усердно думали коты Денискин и Ролик, которые были страшно сконфужены своей неудачей с преследованием Прибоя.
Денискин предложил изобрести котоловку. Мышь будет бежать от Прибоя и проскочит узкую котоловку, а кот в ней застрянет и поймается. Для этого нужна смелая мышь-приманка, но мыши, конечно, не захотят служить приманкой – судьба Матильды Феоктистовны еще свежа в их памяти. Так что этот план был признан неудачным.
Ролик предложил устроить засаду возле дырки, через которую Прибой пробирался на охоту на марсовую дачу.
Так и решили. Всю ночь Денискин и Ролик караулили у дырки, но Прибой и не подумал через нее проникать. Под утро коты не выдержали и сами отправились на охоту, так как проголодались.
Было как раз полнолуние, и полная Луна прекрасно видела, как кот в начале пятого ночи проскочил через дырку туда и вскоре, сытый, обратно. Таким образом, план провалился, и коты опять опростоволосились.
На другой день была суббота, и Саша Чемоданов не пошел на работу в отделение полиции. Вместо этого он явился с барабаном и гуслями на заброшенную дачу. Кроме того, он принес молоток и гвозди. Он сказал, что придумал забить дырку доской, что тут же и проделал.
Потом Саша Чемоданов предложил всей компании помузицировать. Сначала стал играть гость, то есть, сам полицейский. Он исполнил первую часть своей симфонии – аллегро виваче – что значит «быстро и оживленно». Гусли всем понравились, но звуки барабана приводили мелких существ в ужас, они надрывали им ушки. Тогда Саша стал играть потише, и все привыкли.

Крутые репетируют

Прослушав, в свою очередь, несколько номеров мышей и котов с кузнечиками, Саша Чемоданов воскликнул: «Это – настоящее искусство!». А когда свой номер исполнили Марс и Лялечка, Саша вообще обалдел и сказал:
- Дамы и господа! Мы все крутые музыканты. Нам необходимо отправиться на фестиваль «Музыкальный Берлин». В Берлине есть площадь Александрпляц, названная в честь моего имени. Меня ведь полностью зовут Александр. Через две недели там будут выступать творческие коллективы со всего мира. За это время мы должны как следует подготовиться, а потом полетим в Германию.
- Прекрасная идея! – закричали все, хотя животные, а тем более насекомые, не изучают географию и не имеют никакого представления, где находится Берлин.
- Мы будем жужжать на площади Александра быстро и оживленно, – заявили комары.
- А мы будем пищать очень нежно, – сказали мыши.
- А мы играть на скрипках грустно и красиво, – сказали кузнечики.
- А мы трогательно петь, - сказали Марс и Лялечка.
- А мы мурлыкать ласково и душевно, - сказали Денискин и Ролик.
Две недели все упорно репетировали, и никто не ел друг друга, потому что искусство возвышает. Правда, коты бегали по ночам на соседнее поле пшеницы и там питались сурками. Утром они возвращались на дачу и разучивали музыкальные номера вместе с мышами и другими участниками.

Профессор Бунга-Бунга

Ровно за два часа до отлета перед зданием аэропорта остановилось такси, из которого вышли двое: известный нам Саша Чемоданов в форме полиции и с оружием, и с ним неизвестный черный джентльмен. Оба были в очках, притом негр был в белом костюме и белой шляпе, и курил трубку.
За ними водитель такси нес багаж: барабан, четыре клетки и чемодан с дырочками. В двух клетках были кошки, в третьей восемь мышей, а в четвертой синица.
При входе в аэропорт чернокожий господин потушил трубку, так как в аэропорту курить запрещается.
На регистрации Саша Чемоданов объяснил, что он телохранитель профессора Бунга-Бунга из Африки. Профессор – специалист по изучению животных. Он направляется в Берлин на научную конференцию, и везет с собой образцы обитателей среднерусской полосы, которых он исследует.
- О иес! – подтвердил профессор хриплым голосом. – Я возить зис образейц ту зе конференс.
- А почему он везет барабан? – спросила девушка-регистратор.
- В нем – образцы насекомых. Можете приложить ухо, - ответил телохранитель.
Девушка приложила ухо и услышала комариное жужжание.
- Да, действительно. Скажите, а почему профессор так хрипло разговаривает?
- Понимаете, он простудился, - ответил Саша Чемоданов. – Он не привык к нашему климату и подхватил вирус.
- О иес, - подтвердил профессор. – Я просить пардон фор май вайрэс.
Профессор улыбнулся, и девушка немного удивилась его зубам.
- Скажите, а почему у него такие большие зубы? – спросила она у телохранителя Саши Чемоданова.
- Чтоби лючше кушат, дитя мое, - ответил с улыбкой сам профессор.
- Можете посмотреть на его фотографию в паспорте, - добавил Саша Чемоданов.
Девушка сравнила фото на паспорте и личность профессора Бунга-Бунга, и осталась довольна.
- Плиз, - сказала она с вежливой улыбкой. – Можете идти на посадку.
По дороге к самолету профессор и телохранитель переглянулись и подмигнули друг другу.
- Все прошло уандерфул! – сказал телохранитель.
- Фантастик, - подтвердил профессор.

Саша изобретает «легенду»

Теперь вернемся на несколько дней назад, когда Саша Чемоданов стал заказывать билеты на самолет в Берлин. На сайте авиакомпании Саша обнаружил сообщение, что мелкие звери перевозятся в клетках, а крупные вообще не принимаются. С котами и мышами все в порядке, но что делать с псом Марсом?
Вот тут-то и пригодилась секретная подготовка Саши Чемоданова в качестве шпиона, то есть разведчика. К сожалению, Саша не стал разведчиком, так как у него одно ухо оказалось больше другого. Для разведчика это не годилось, так как было «особой приметой», по которой разведчика можно обнаружить. Но на курсах разведчиков он узнал такие важные вещи, как изобретение «легенды» и изготовление поддельных документов.
«Легенда» - это поддельная история разведчика, когда он работает под чужой личностью. Например, Рихард Зорге был советским разведчиком в Японии под видом журналиста. Знаменитую Мату Хари на самом деле звали Маргарета Зелле. По «легенде» она была танцовщицей, но одновременно работала немецкой шпионкой.
Саша придумал «легенду» про профессора биологии Бунга-Бунга, который изучает зверей, и изготовил на него документы. Для этого Саша сфоткал Марса, на всякий случай в очках и в шляпе, чтобы не было видно ушей. Потом он отрепетировал с псом его роль. Марс быстро научился носить человеческий костюм, причем с большим достоинством, и даже курить трубку. Труднее оказалось то, что пес все время забывал ходить на задних лапах. Он грохался на передние и весело бежал на всех четырех в пиджаке и брюках, с трубкой в зубах.
Приобрести клетки не составляло труда, также как и подготовить чемодан с дырками для дыхания кузнечиков-скрипачей. О дальнейшем рассказано выше.

Ах, сердце мое тук-тук-тук

В Берлине нетрудно было добраться на автобусе до Александрпляц, где до них выступали Бременские музыканты. После них публика не особенно удивилась, увидев на сцене черного пса и летающую над сценой синицу.
«Не пробуждай воспоминаний минувших дней, минувших дней», - пел пес басом, а синица садилась на микрофон и продолжала тоненьким голосом: «Не возродишь былых желаний в душе моей, в душе моей».
Публика хлопала и кричала «бис».
- Может это и несовременно, но так прекрасно! – воскликнул мэр Берлина господин Доннерветтер. После этого публика захлопала еще сильнее.
Марс и Лялечка поклонились, потом исполнили на «бис»:
Ах, сердце мое прыг-прыг-прыг,
И тик-тик-тик, и дрыг-дрыг-дрыг.
Ах, сердце мое тук-тук-тук,
Когда я вижу вас, мой друг.

Следующим было выступление Саши Чемоданова на барабане, причем от каждого удара по барабану оттуда вылетал рой комаров, которые подлетали к микрофону и громко жужжали мелодию немецкой песни «Ах, мой милый Августин».
Публика пришла в восторг и стала напевать. Некоторые при этом отбивали такт, хлопая по лысинам, которые были укушены некоторыми несознательными жужжунами.
O, du lieber Augustin, Augustin, Augustin,
O, du lieber Augustin, alles ist hin, - пели немцы.
Среди зрителей было много англичан, которые пели на своем языке:
O, you dear Augustin, Augustin, Augustin,
O, you dear Augustin, all is lost!

На русском языке пело всего восемь человек, которые приехали в Берлин из города Химки Московской области:
Ах, мой милый Августин, Августин, Августин,
Ах, мой милый Августин,
Все прошло, прошло.
Следующим было выступление восьми мышей и двух котов, которые пели в сопровождении оркестра кузнечиков. По четверо мышей забралось на спины каждого кота, и оттуда трогательно выводили слова колыбельной на музыку австрийского композитора Моцарта, а коты урчали и мурлыкали:
«Птички уснули в саду, рыбки затихли в пруду. Дверь ни одна не скрипит, мышка за печкою спит…» и так далее.
Пение мышей с котами и кузнечиками было настолько нежным и убаюкивающим, что зрители стали засыпать.
Первым заснул мэр Берлина господин Доннерветтер, который к тому же громко захрапел. Потом вся публика, по примеру начальства, стала храпеть, несмотря на укусы лысин.
Марс и Саша Чемоданов в ужасе смотрели на это из-за кулис.
- Это провал! – произнес Марс.
- Мы пропали! – воскликнул Саша. Он уже представил, как в фейсбуке напишут:
«Выступающие на берлинском фестивале нагнали такую тоску, что зрители захрапели!» - и на странице Alex Chemodanov не поставят ни одного лайка.

Спасительный кот

Вдруг из зрительного зала на сцену напрыгнул кот, который громко запел:
От улыбки хмурый день светлей
От улыбки в небе радуга проснется
Поделись улыбкою своей
И она к тебе не раз еще вернется

Кот стоял на задних лапах лицом к публике. В одной передней лапе он держал микрофон, в который пел, а другой дирижировал публикой. При этом хвостом он дирижировал кузнечиковым оркестром, расположенным сзади. Таким образом, он одновременно дирижировал спереди и сзади, и оркестр стал оживленно играть.
Публика стала приходить в себя и пучить глаза на этого странного певца. Он как будто был одет во фрак с белой рубашкой. Зрители один за другим присоединялись к пению, а Саша стал отбивать такт на барабане и играть на гуслях.
И тогда наверняка вдруг запляшут облака
И кузнечик запиликает на скрипке
С голубого ручейка начинается река
Ну а дружба начинается с улыбки.

Тут дирижер сделал сальто, а потом сделал стойку на передних лапах, не прекращая дирижировать хвостом. Публика пришла в экстаз, а Доннерветтер взобрался на сцену и начал плясать, очевидно изображая пляску облаков. За ним заплясала вся публика, не переставая петь:
С голубого ручейка начинается река
Ну а дружба начинается с улыбки.

В публике неизвестно откуда оказался знаменитый тромбонист Виктор Васильевич Сумеркин, который сыграл мелодию песни на этом божественном инструменте.
Все были в восторге. Концерт удался, хотя немало комаров пало жертвой собственной кусательности.
Собравшись за кулисами, артисты поздравляли друг друга, в том числе и кота Прибоя – именно он спас концерт от провала. Все перестали на него обижаться и спросили, как он попал на Александрпляц.
- Запросто! - ответил Прибой. – Я забрался в хвост самолета, и там просидел всю дорогу до Берлина. А потом залез в багажник автобуса № 48 и приехал на фестиваль. Когда я увидел, что все заснули, я понял, что надо спасать концерт. Я устроил импровизацию, и все получилось!
Концерт получил первую премию фестиваля и кучу лайков в Интернете. Счастливые певцы и музыканты вернулись в родной город. На даче их встретил хозяин Ерофеев, которого признали невиновным и выпустили на свободу. К сожалению, ему наступил на ухо медведь и музыкалить он не мог, но зато варил изумительное варенье из слив, которым угощал всех музыкантов, в том числе, конечно, почетного гостя - полицейского Сашу Чемоданова.
К о н е ц
 

Tags:
Current Location: Хайфа
Current Mood: artistic
Current Music: classic

Leave a comment
Котенок Джерик любил следить за своим хозяином, когда тот висел на ноутбуке. Хозяина звали Севастополь, сокращенно Сева, и было ему 12. Но в ноутбуке он висел как ненормальный взрослый программист, каким был его дедушка, Пафнутий Епифанович, которого сокращенно звали Пиф-Паф.
Джерику страшно хотелось тоже поиграть на ноутбуке, и вот однажды ему повезло, что Сева слез с ноутбука. Коту-то повезло, а самому Севе не очень – он попал в больницу. Он заболел  кишечной палочкой Эшерихия Коли, причем знакомый мальчик Коля тут был не причем – так называлась кишечная палочка. Вообще-то эта Эшерихия не мешает, когда она в норме, но она размножилась, ее оказалось слишком много в организме, и бедный Сева отправился в больницу.
Убедившись, что хозяина нет поблизости, Джерик включил ноутбук и стал ждать загрузки. Когда загрузка произошла, Джерик хотел нажать кнопку «Играть», но по ошибке нажал кнопку «Всосать». И тут в середине ноутбука образовался вакуум, и котенка всосало через экран внутрь ноутбука, точнее, внутрь всей системы интернет.
Естественно, при этом Джерик сплющился и стал состоять из пикселей. Однако он сохранился как личность и понимал, что с ним происходит. Через главный канал связи котенок выскочил в пространство социальных сетей, где носилось множество пиксельных котов, псов и даже свиней. Все они когда-то наблюдали за своими хозяевами, и в какой-то момент по ошибке нажали кнопку «Всосать».
Кстати, насчет свиней это не шутка. В Голландии я видел домашних ручных свиней, они маленькие, черненькие и прекрасно умеют ходить на задних копытцах, цокая по паркету. Они обычно живут возле дома в специальной клетке-домике, но хозяин или хозяйка часто берет их внутрь дома и работает при них на ноутбуке. Так что ничего удивительного нет, что некоторые из них, так же как и Джерик, подглядывали за хозяином и научились нажимать кнопки, или думали, что научились.
Поэтому предупреждаю: не оставляйте ноутбуки под присмотром домашних животных! А то мало ли что может произойти!
Когда Джерик всасывался, ноутбук сломался. Поэтому когда Сева вернулся из больницы и включил ноутбук, то получил сигнал: «Слишком толстый котенок», и экран тут же погас. Сева оглянулся и нигде не увидел котенка.
«Что за ерунда», - подумал Сева и понес ноутбук дедушке Пиф-Пафу. Дед почесал в носу и сказал: «Ничего не могу сделать – переполнение канала информации. Не надо было так кормить котенка». И отдал ноутбук назад.
Сева занервничал: он лишился сразу и ноутбука, и котенка. Откровенно говоря, котенка ему было не так жалко, как ноутбука. Сева настолько подвис на ноутбуке, что вообще забыл о котенке. Сначала перестал его кормить, но котенок не успокоился – он стал громко мяукать и прыгать на клавиатуру, требуя еды. Тогда Сева, вместо того, чтобы отмерить Джерику нужную порцию кошачьего корма, сразу насыпал ему огромную миску и опять побежал к своему излюбленному ноутбуку. «Теперь-то он от меня отстанет», - подумал Сева.
Но Джерик все равно не радовался жизни. Он тосковал по тем временам, когда хозяин с ним играл, заставляя бегать за пробкой с продетой ниткой. Еще Сева, бывало, поддразнивал котенка, мурлыча как он, и прятался от него под столом, играя в прятки.  Все это Джерику очень нравилось, и вот теперь… Что ты иногда делаешь от грустности? Правильно, много ешь. Так и Джерик: он, как бы назло Севе, съел всю огромную миску и растолстел, а потом ты уже знаешь что случилось.
В пространстве соцсетей все звери сперва носились без толку, а потом попытались создать там свои социальные сети, типа котбук, пёсбук и свинбук. Но это у них не получилось – не хватало программистского образования. Виртуальные животные поневоле загрустили. Но потом стало веселее, поскольку сюда каким-то образом попали пиксельные мыши. Виртуальные коты и кошки за ними с удовольствием гонялись, хотя съесть их, понятное дело, было невозможно: пикселями сыт не будешь. Однако и есть виртуальным созданиям не хотелось, так что эти догонялки превратились просто в компьютерную игру.
Вот так все и шло, но только до поры до времени. В один прекрасный момент, который был далеко не прекрасным, виртуальное небо почернело и раздался гром, а затем выскочила огромная молния. Это был страшный вирус по кличке Билл – Всех Убил.
Прежде всего Билл набросился на тех, у кого не было анти-вируса. Точнее, он послал на них своих вирусят. Вирусята заражали каждого из этих виртуальных котят и других виртуальных существ Билловым вирусом ХК-11 («Хватай-Кусай-11») и запихивали их в те ноутбуки, из которых они прибыли.
Джерик понимал, что если он в зараженном виде попадет в ноутбук Севы, то ноутбуку конец. Поэтому хитрый кот в ответ на вопрос вирусёнка насчет электронного адреса ноутбука указал ему адрес не Севиного ноутбука, а ноутбука деда Пиф-Пафа. Джерик подумал, что дед, могучий айтишник, справится даже с новой и могучей заразой ХК-11, которую он принесет к нему в ноутбук.
Дед в этот момент завтракал бутербродом со сливочным маслом, когда его ноутбук завизжал, сигнализируя о вирусной угрозе высшего уровня. Повезло в том, что Пиф-Паф сам был разработчиком антивирусов, и его новейший антивирус ПП-49 («Пиф-Паф-49) был рассчитан на всякие неожиданности.
Кроме этого, у Пиф-Пафа на ноутбуке стояла программа, позволявшая видеть, как выглядит угроза. Отбросив недоеденный бутерброд, так что он прилип маслом к оконному стеклу, Пиф-Паф включил эту программу. На экране дед увидел знакомого котенка Джерика, обвешанного, как гранатами, файлами с вирусами ХК-11. Пиф-Паф понял, что, задействовав программу ПП-49, он уничтожит вирус, но заодно и его носителя котенка, которого ему было жалко. Поэтому дед врубил программу «Поместить зараженный элемент в чистилище».
В чистилище Джерика очистили от заразы, и тогда Пиф-Паф дал команду: «Перевести элемент из пикселей в нормальный вид» - и котенок выскочил из экрана в виде того же самого котенка, только изрядно похудевшего.
В этот момент бутерброд отпал от стекла и шмякнулся на подоконник. Похудевший Джерик тут же слизал масло со стекла и подоконника, а дед спокойно, без паники, доел бутерброд, хотя масла в нем изрядно поубавилось.
Сева был рад котенку и попробовал с ним поиграть. Однако Джерик долго не понимал, где он находится и еле шевелил хвостом, а глазами крутил в разные стороны. Но через полчаса он пришел в себя и разыгрался, как раньше. Они носились с Севой по комнатам, мешая домашним заниматься своим делом, а потом Сева обнаружил, что ноутбук снова заработал. Только теперь на экране то и дело появлялись надписи: «Корми котенка», «Играй с котенком», «Котенку пора спать», «Иди за кормом», «Смени песок котенку» и так далее. И Сева послушно это выполнял, так как если он не выполнял, то ноутбук автоматически вырубался и не врубался, пока Сева этого не сделает.
Через некоторое время мальчишка настолько привык все делать для котенка, что стал это делать, не ожидая надписей на экране. Тогда на экране появились другие надписи. Сперва появилась надпись: «Делай упражнение для спины» - дело в том, что спина у Севы от сидения за ноутбуком сильно покривела. Севе упражнения в принципе нравились, только раньше он никак не мог отлипнуть от ноутбука, чтобы ими заниматься. Теперь же просто не было выхода!
Привыкнув делать упражнения каждый день, Сева получил следующее задание от ноутбука: «Мой посуду». Тут уж он возмутился: посуду он мыть не любил, и этим всегда занималась мама. Возмущенный Сева вымыл посуду тяп-ляп и бросился опять к ноутбуку. Однако на экране он увидел надпись: «Тяп-ляп не катит!». Надпись вспыхивала и гасла: «Тяп-ляп не катит!» «Тяп-ляп не катит!» «Тяп-ляп не катит!» «Тяп-ляп не катит!», причем она была такого ядовитого оранжевого цвета, что Сева не выдержал и вымыл посуду так, что она засияла.
Глядя на все это, мама пела от удовольствия. Она пела единственную песню, которую знала: «Мой Вася, мой Вася, ты будешь первым даже на Луне», и еще пританцовывала. Котенок тоже, естественно, был доволен и жизнерадостно мурчал какую-то свою песню, слова которой нельзя было разобрать. А дед Пиф-Паф только кряхтел и щипал свои хилые усы. Так он обычно делал, чтобы не рассмеяться. Хотя, если подумать, что тут такого смешного?
К  о  н  е  ц

Tags: , , , ,

Leave a comment
Главсказ и Муха
(По заказу Евы)
Было такое: Главсказ сочинял сказку, как вдруг к нему подлетела Муха. А может быть, Слониха. Если это была Муха, то все понятно – Г.Сказ ее отогнал, вот и все. Но со Слонихой сложнее. Г.Сказ изо всех сил, как пропеллер, махал руками, отгоняя Слониху. Но она никак не отгонялась, точнее, она отлетала с одной стороны и залетала с другой, продолжая жужжать. Дело в том, что это была Слониха из особой породы: «Жужжащие Слоны».
Несколько слов об этой породе. В отличие от обычных слонов, жужжащие слоны небольшого размера, у них есть крылья, а вместо хобота – хоботок. Еще у них тоненькие усики, как у Сальватора Дали, они любят жить на помойке, у них продолговатое брюшко, глаза большие красные по бокам головы. Еще у них тоненькие лапки, которые они любят чистить одна об другую.
Услышав эти несколько слов, Главсказ воскликнул:
- Боже мой, так это же просто муха! – и смело отогнал Жужжащую Слониху. Но не тут-то было.
- Ах так, я – муха?! – обиделась  Жужжащая Слониха, и стала расти. Скоро она уже заполнила всю комнату, а ее попа вылезла на балкон – позагорать. При этом жужжание не прекратилось, а стало как самая большая труба в оркестре под названием «туба».
Ни о какой сказке, конечно, не было и речи в присутствии этого чудовища. Огромными крыльями оно расколошматило люстру и половину мебели, а хоботом всосало все бумаги, лежавшие на столе.
От огорчения Г.Сказ сам превратился в муху и улетел через балкон на улицу. А Жужжащая Слониха с загорелой попой полетела в Супермаркет. Там она опять обиделась и разгромила весь Супермаркет.  С особым наслаждением она громила посуду и пакеты с молоком, которое она заодно всасывала хоботом.
Лежащий рядом Пруд встал на защиту Супермаркета, который был его другом. Он встал как стена воды и обрушился на Слониху-Жужжалку. Но Слониха ничуть не испугалась, а спокойно купалась в стене воды. Обессиленный, Пруд упал на свое место и больше никогда не вставал.
На помощь Супермаркету бросились электростолбы, желая ужалить Жужжащую Слониху электричеством.  Но Жу-Сло схватила их провода и соединила между собой, так что они стали жалить друг дружку, испуская молнии.
А Слониха полетела в Аргентину, где вылезла на футбольное поле во время матча с Бразилией. Все стали кидать в нее мячи, а она их ловила ртом и глотала. Когда внутри Слонихи накопилось 1000 мячей, она лопнула, и на публику обрушился град мячей.
А лопнутую Слониху выкинули на помойку, и она больше никогда не мешала никому сочинять сказки.
К о н е ц
 

Tags:

1 comment or Leave a comment
Хамелеон и воздушный шарик

Для Евы

Когда хамелеон Хемми родился на свет, он был крошечным существом, но уже умел немного думать.
Что он думал: Что мама и папа будут радоваться, глядя на него - малыша, а потом он вырастет и будет большим красивым хамелеоном.
Чего он НЕ думал: Что встретит шарика и с ним случатся разные приключения.
Сначала с ним все было, как он думал. Мама с папой очень его любили и приносили ему в расщелину в скале, где они жили, самых вкусных мошек и комаров. А потом он и сам научился охотиться, причем так здорово, что маме с папой уже не надо было ему добывать пищу. Теперь у них освободилось время, чтобы сходить в Большой хамелеонский театр или отправиться в путешествие в Хамелеонские горы.
С утра они собирали рюкзачки с запасом накануне наловленных мошек и комаров, чтобы по дороге не охотиться, а только наслаждаться природой. Отправляясь в путь-дорогу, они говорили:
- Сынок, ты остаешься один сторожить нашу родную расщелину от всяких тараканов и пауков. Будь осторожен и помни, что у нас, хамелеонов, немало врагов. Особенно опасайся кошек и ворон. Как только увидишь кого-то из них, сразу становись неподвижным и принимай окраску того, на чем ты стоишь – например, серой скалы или зеленой травы. Тогда они тебя не заметят – они подумают, что это камушек или травинка.
Как-то раз, оставшись в одиночестве, Хемми отправился на охоту. Он неподвижно поджидал пролетающего комара, а потом с быстротой молнии выбрасывал длинный язык с прилипкой на конце. Приклеив комара к этой прилипке, он с удовольствием втягивал его в рот. Все это занимало полсекунды, так что комар не успевал даже удивиться.
Конечно Хемми еще не был таким умелым охотником как его родители, поэтому иногда промахивался. А один раз он по ошибке втянул в рот вместо комара или мошки кусочек какой-то дряни, так что потом долго плевался.
Однажды во время охоты Хемми оказался на балконе, где увидел что-то огромное, красное и круглое. Поскольку он никогда не видел надувных шариков, то сначала подумал, что это существо – враг. Но поскольку у существа не было ни клюва, ни рта, то Хемми понял, что оно не опасно.
Подбежав к шарику, Хемми поднялся на задние лапки и стал передними его ощупывать. В это время раздался шелестящий смех шарика и слова на шариковом языке: «Ой, мне щукотно!»
Не обращая внимания на этот шелестящий смех, хамелеон приклеился к шарику передними, а затем и задними лапками. Но тут подул ветер, и шарик понесло с балкона, где он лежал, на открытый воздух.
Хемми почувствовал, что он летит. Это было здорово! Под ним проплывали моря, горы и болота, и он их всех хорошо видел, потому что его глаза могли крутиться по отдельности. Правда, он все видел вверх ногами, поскольку был прилеплен внизу шарика и отгибал голову назад, чтобы увидеть землю. Вообще-то «вверх ногами» - это только так говорится. На самом деле у морей, гор и болот никаких ног не бывает. А вот когда он видел животных, например, жирафов, то они действительно оказывались вверх ногами, и это было забавно.
Но и шарику было приятно нести пассажира, а не летать как дурак без толку.
Как вдруг на Хемми упала тень. Кто-то закрыл солнце. Это был орел Кривоклюв, который издалека заметил какого-то зверька на шаре. О боже! Сейчас Кривоклюв схватит своим острым клювом хамелеона и заодно проклюнет шарик, который лопнет! Это ужасная опасность!
Хорошо, что Хемми сообразил моментально принять красный цвет шарика. Кривоклюв уже собирался обрушиться на шарикового зверька, но вдруг тот пропал! Перед орлом оказался простой несъедобный воздушный шарик.
Кривоклюв страшно удивился исчезновению зверька и подумал: «Стар я становлюсь! Уже мне чудятся какие-то зверьки, которых нет. Пора мне, пожалуй, на пенсию».
Тем временем Хемми продолжал лететь, крепко держать своими клейкими лапками за поверхность шарика.
Оба путешественника – и Хемми, и Шарик – ловили полный кайф от этого летательного приключения. «Как все-таки прекрасна Земля, и как здорово жить на свете!» – думали оба.
В это время как раз по земле путешествовала девочка Ева с мамой Ингой. Обе взглянули на небо и увидели там красный шарик и на нем прилепленного хамелеона, который принял свой более привычный желтый цвет с зелеными крапинками.
- О боже, ведь это же шарик с хамелеоном! – воскликнула Ева. – Я ведь как раз про них заказала сказку Главсказу!
А Главсказ в это время сидел в своей Хайфе и думал:
«Как удачно получилось, что как раз Ева и ее мама оказались в этом месте, где летел шарик с хамелеоном Хемми. Теперь они сами убедились, что вся эта история – чистая правда!»
К  о  н  е  ц
 

Tags:

Leave a comment
Сказка про чертенка Джека и бабочку Пину

Не надо думать, что все черти злые и противные. Так же, как и люди, черти встречаются разные.
Вот, например, чертенок Джек. Он довольно долго был простым рабочим чертом в аду, то есть, мучил души попавших туда грешников. Не надо думать, что в аду все осталось как раньше, то есть, всякие сковороды, на которых поджаривают несчастных, муки голодом, вонючими запахами и так далее. Вместо сковород уже давно применяются скороварки, вместо мук голодом – муки избыточного питания гамбургерами из «макдональдса». Вместо вонючих запахов в аду применяют запах одеколона «Мечта», от которого можно спятить. Вместо адской тьмы душам предлагается нестерпимый свет как при атомном взрыве, а вместо гробовой тишины грешникам включают металлический рок, от которого они чокаются.  
Именно этим занимался наш новый знакомый Джек. Это был еще сравнительно молодой черт, всего лишь двух тысяч лет от роду. По виду он был похож одновременно и на маленького человечка, типа гнома, и на кошку.  Копытца и рожки были почти незаметны. Хвост тоже был невелик.
Его должность была – регулировать звуки с помощью рычажков на усилителе. Страшный рев металлического рока нужно было иногда уменьшать, чтобы были слышны крики мучимых душ, а потом опять усиливать до ужаса.
Время от времени появлялся черт, который проверял степень ужасности звука с помощью специального прибора – ужасометра. Потом он спускался в камеры грешников и там измерял степень их безумия. Для этого тоже служил особый прибор: безуметр. По правилам ада грешники должны были сходить с ума, но не совсем. У них все-таки должны были сохраняться остатки ума, чтобы они понимали, как им плохо.
Все это не нравилось Джеку, и он стал «халтурить», то есть не так уж усиливать звук, не доводя его до ужасного рёва. Пользуясь этим, грешники немножко отдыхали от мук. У некоторых даже появилась надежда, что они когда-нибудь отсюда выберутся. Это было грубым нарушением главного адского правила: «Оставь надежду всяк сюда входящий».
И вот как-то раз особо злобный проверяющий черт, которого звали Вельзевул, обнаружил эти недостатки. Ужасометр показал «неужасно». А безуметр показал «небезумно».
В это время Джек сидел, развалившись в кресле, в своем кабинете и грыз семечки, как вдруг ворвался страшный Вельзевул и сказал, что он обнаружил такие недостатки, от которых Джеку конец.
Джек побледнел: он прекрасно знал, что проштрафившихся чертей отправляют прямиком к тем же самым грешникам, да еще в самые ужасные камеры.
- Ваша тёмность, - обратился он к Вельзевулу. – Ужасно извиняюсь. Виноват, исправлюсь, ей-богу, ой, то-есть, ей-черту!
- Ну ладно - последний раз, - мрачно сказал Вельзевул и удалился.  Джек прекрасно знал, что Вельзевул никогда не шутит, и дело совсем плохо.
Вот тогда-то он и задумал сбежать на Землю.
* * *
А теперь перенесемся в устье реки Амазонки, расположенной в Южной Америке. Там, как известно, водится много необычных бабочек. Одной из них была тизания агриппина, сокращенно Пина. Она была еще юной, но уже огромной: ее расправленные крылья достигали 25 сантиметров, то есть как у птицы. Причем, не маленькой. Несмотря на свой гигантский для бабочки рост, она была тихим и скромным насекомым и никогда не обижала слабых.
С утра Пина неустанно порхала с цветка на цветок, опыляя растения, чтобы они росли и процветали. Такова роль бабочек в круговороте природы. Устав от опыления, она как-то раз присела на ветку эвкалипта, чтобы передохнуть, как вдруг увидела, что из дырки в земле появилась странная мордочка. Мордочка огляделась, пытаясь понять, где она находится, и нет ли опасности. Успокоенная, мордочка вылезла из дырки и оказалась животным, похожим одновременно на кошку и маленького человечка типа гнома.
Кошек Пине приходилось видеть, точнее, это были большие звери семейства кошачьих по имени ягуары, а людей никогда, тем более гномов.
Как и во всех юных существах, в бабочке Пине дремало любопытство. Поэтому она, слетела с ветки, и попорхав немного над странным существом, обратилась к существу на языке южноамериканских индейцев морфо. Почему именно на этом языке? Тут необходимо кое-что объяснить.
Все, что есть на свете, рождается как тело и как душа. Как тело Пина родилась из куколки подобно всем бабочкам. А вот душу ей дали индейцы морфо, которые считали, что именно эти бабочки - души умерших людей, стремящиеся ввысь. Каждая бабочка – душа одного индейца. Наша знакомая Пина была душой одной умершей девочки-индейки.
Поэтому она умела говорить на морфийском языке, и спросила:
- Ку бурка? - Это значит «Ты кто?»
Теперь надо рассказать, что чертенок Джек прекрасно знал морфийский язык. Хотя он и работал простым мучителем грешников, он получил чертовски приличное образование. Понятно, что чертей готовят к работе не только с мертвыми душами в аду, но и с живыми людьми на Земле, чтобы их соблазнять на грехи. Например, под видом доброго дяди подсунуть, например, какому-нибудь мальчику чужой кошелек с деньгами: «Вот, мальчик, я тут нашел кошелек, возьми, он никому не принадлежит». Взять и не отдать владельцу – это кража. А кража – это грех, потому что Восьмая Заповедь гласит: НЕ УКРАДИ.
Поэтому чертям вдалбливают все земные языки – чтобы они могли соблазнить на грех любого – от китайца до негра, включая, конечно, индейцев. Правда, некоторые черти-школьники пытаются сачковать или спать на уроках, но тогда их посылают к чертовой матери – директрисе школы. Ну а директриса моментально скидывает их в мучительные камеры. От такого страха черти получаются очень образованными. И очень злыми. В чёрте по правилам не должно оставаться ни капельки добра. Но наш Джек каким-то образом сохранил в себе остатки добра. У чертей тоже бывают исключения.
Поэтому Джек спокойненько ответил по-морфийски:
- Бурка Джек. («Я – Джек».)
- Ку бурка тука-тук? («Как называется твоя порода?».)
- Бурка тука-тук чертяка, - сказал Джек, что значит «Я из породы чертей».
- У-уууууу! – закричала Пина в ужасе. Это значило: «Ой-ёй-ёй-ёй-ёй!». – Душа девочки, которая была в ней, больше всего на свете боялась чертей. Она уже хотела улететь, как вдруг чертенок Джек превратился в мотылька,  и стал порхать возле Пины. Ну, мотылька-то Пина не боялась. Наоборот, она быстро с ним подружилась и только изредка вспоминала, что это черт.
Казалось, что жизнь у Пины удалась. У нее появился друг, мотылек Джек, который был красивым и добрым. А что еще нужно женщине? Теперь Пина уже не так стремилась ввысь и не торопилась к Богу в рай – ей и тут было хорошо, ведь с милым рай и в шалаше! А тем более, это были вполне уютные джунгли Амазонки.
Но удалась ли жизнь у Джека? Нам кажется, что чем больше добра, тем лучше. Возможно сначала это и так, но потом может привести к большим неприятностям.
Началось с того, что однажды Пина пожаловалась Джеку, что у нее болит голова. Хотя голова у бабочки маленькая, но болит все равно как большая.
Джек не стал медлить. Он положил левое переднее крыло на голову Пины, и вся боль сразу прошла. Пина рассказала подружкам, и вскоре все стали обращаться к Джеку: у кого кашель, у кого понос, у кого плохое настроение.
Через некоторое время к Джеку выстроилась очередь. К нему обращались не только насекомые, но и млекопитающие.
Джек никому не отказывал, даже если это было опасно. Ну, например, аллигатор Теормех, известный своим плохим характером, вызвал Джека якобы лечить зуб. Джек залетел в пасть Теормеха, но там ничего не обнаружил. Он хотел было уже вылетать наружу, как вдруг Теормех захлопнул пасть. Попорхав немного внутри пасти, Джек понял, что аллигатор не шутит, так как он стал совершать глотательные движения, чтобы проглотить мотылька Джека.
Зверь очевидно думал, что проглотив волшебника он от этого получит волшебные свойства. Но он не знал, с кем имеет дело. Джек изловчился и приложил к языку аллигатора свое правое заднее крыло. Оно жгло как огонь! Дико взревев от боли, Теормех разинул пасть. Этого-то Джеку было и нужно: он преспокойно вылетел наружу и полетел домой. А у аллигатора страшно распух язык и он (не язык, а аллигатор) вскоре сдох.
Кончилось тем, что к Джеку пришел мамонт Сопромат, у которого был вывихнут хобот. Хотя мамонты давно вымерли, но этот как-то просочился из другой сказки, где они еще не вымерли.
Джек посидел на вывихнутом хоботе, приложив к нему свое левое переднее крыло – и хобот стал как новенький. Беспрестанно кланяясь и кивая головой как ненормальный, Сопромат попятился в свою сказку, где его уже ждала жена мамонтиха и дети-мамонтята.
Постепенно слава Джека разнеслась по всему бассейну реки Амазонки. А в аду тем временем искали сбежавшего Джека. Черти сперва думали, что он спрятался под электрический шкаф, где грешников пытали электричеством. Но там его не оказалось. Хотели найти его в чистилище, где грешников добрососом чистят от остатков добродушия, но и там его не было.
Тогда стали его искать на потолке, и тут обнаружили хитро замаскированный ход наверх, по которому Джек выбрался из подземного царства на поверхность.
По этому-то ходу и послали Вельзевула, как виноватого в том, что он не наказал Джека за понижение звука. Главный черт Сатана сказал Вельзевулу так: «Или поймаешь Джека и отправишь его к чертовой матери, или тебя самого туда отправят».
Вельзевул обиделся, но делать нечего. Пройдя через толщу земли, он вышел наружу – но как теперь найти Джека? Джек давно улетел и в виде мотылька летал где-то по просторам лесов Амазонки.
Однако Вельзевул был вооружен доброметром, который помогал обнаружить скопление добра в ближайших точках Земли. В такие точки обычно посылали чертей, чтобы охотиться на добрые души. Понятно почему: злые души и соблазнять не надо, они сами в ад провалятся, а с добрыми чертям приходится попотеть, чтобы их разозлить.
Доброметр как раз и указал на ту точку, где Джек совершал свои добрые дела – лечил животных. В этот момент Джек как раз лечил в джунглях стадо широконосых обезьян, на которых напали глистые вши. Это было нелегко, так как глистые вши одновременно набрасывались и на головы, и на животы обезьян. Поэтому Джеку приходилось подлетать ко множеству обезьян и накрывать им своим целительным крылом сперва голову, а потом живот. Взрослые обезьяны терпеливо лечились, а обезьяны-дети визжали, что им от джекова крыла щекотно, и прятались кто куда.
С огромной скоростью Вельзевул, обратившийся в смерч, налетел на эту точку и всосал в свою воронку Джека. Это было нетрудно, так как Джек был легким мотыльком.
Но Джек быстро сообразил, с кем имеет дело, и превратился в свинцовый шар, который снаружи выглядел точно как футбольный мяч. Джек знал, что Вельзевул еще в аду был большим любителем футбола, и решил этим воспользоваться.
Превратившись в свинцовый шар, Джек естественно выпал из смерчевой воронки и упал на лесную поляну. Вельзевул быстро превратился назад в черта и вместо мотылька-Джека увидел лишь футбольный мяч. Не в силах удержаться, он подскочил к мячу и что было сил ударил по нему левым копытом, так как был левшой. 
Тут на поляне раздался нечеловеческий вопль черта. Непонятно, чего в этом вопле было больше: боли от свинцового мяча, или ужасной обиды на самого себя. Наверно все-таки обиды: как это он, знаменитый черт высшей категории, не узнал замаскированного Джека.
Но и боль в копыте была ужасной. Вельзевул подумал, что теперь ему наверняка отпилят копыто, которое раскололось на несколько частей. А больше всего на свете он как раз боялся пилы: он видел, как черти перепиливали грешников, и от этого у него всегда случалась икота.
Пока Вельзевул вопил и корчился от боли, к нему подлетел снова обратившийся в мотылька Джек. Ни слова не говоря, он сел на вельзевулово копыто и накрыл его левым передним крылом.
Вельзевул почувствовал уменьшение боли. Через пять минут, взглянув на копыто, он увидел, что оно срослось! Забыв главное правило ада насчет злобности, он почувствовал прилив благодарности к Джеку и обнял его, при этом осыпав часть пыльцы с его крыльев.
В это время подлетела Пина и другие бабочки, которые с изумлением смотрели на здоровенного черта Вельзевула. Это был даже не черт, а целый дьявол.
Джек рассказал, как все было, как смерч-Вельзевул чуть не унес его к чертовой матери, но соблазнился на футбольный мяч. Сам Вельзевул был в большом смущении за свое добродушное поведение по отношению к Джеку.
- Дорогой черт, - обратилась Пина к Вельзевулу. – Ты теперь добрый, поэтому давай-ка полетим с нами в рай, мы как раз собрались нести туда свои души.
- Да ты что, как же я, дьявол, пойду в рай? - возразил Вельзевул. - Наоборот, я теперь должен срочно соблазнить и унести в ад какую-нибудь душу, тогда меня там простят. А иначе меня поймают и отправят к мамаше.
- Ну как знаешь, - сказали бабочки. – Тогда пока.
И они вместе с Джеком отправились на небо. Я думаю, что Джека там приняли, потому что он, хотя сперва порядочно нагрешил, но в конце концов раскаялся и наделал массу добрых дел.
А Вельзевул отправился искать душу для соблазнения и унесения в ад. Так что если ты увидишь такого большого, черного, рогатокопытного, мохнатого и с хвостом – то знай, что это Вельзевул, и душу ему ни за что не отдавай. Впрочем, он может явиться в образе смерча или прекрасного юноши, но и тогда не отдавай. И вообще, никогда никому не отдавай свою душу. Она тебе и самой пригодится.

К  о  н  е  ц
 

Tags: , , , , ,

Leave a comment
Зверьки и Тося

Как-то раз одна девочка – назовем ее Тосей – нашла яйца одной ящерицы – назовем ее Дусей.
Точнее говоря, это сами яйца как бы нашли эту Тосю. Тося шла вдоль стены с трещинами в старом городе Иерусалиме, как вдруг в одной особенно сильно треснутой трещине раздался звук типа «тюк»!
Услышав тюк, Тося с интересом заглянула в трещину. Боже мой, там лежали 12 яиц только что высиженных ящерицей.
Одно из яиц как раз треснуло, и из него высунулась мордочка ящеренка, назовем его Ящеренок Номер Один.
Недолго думая, Тося положила все яйца, включая с высунутой мордочкой, в коробку и понесла домой. Во время несения коробки оттуда раздавалось пощелкивание.
Когда же она приоткрыла коробку дома, то обнаружила, что все яйца полопались, и по коробке носится целая толпа ящерят: Номер Один, Номер Два, Номер Три и так далее, всего двенадцать. Тося сообразила моментально закрыть коробку, иначе бы все зверьки разбежались по комнате кто куда.
Но тут как раз пришла мама. Увидев коробку, она прежде всего спросила что там. Тося сказала, что там зверьки.
- Какие еще зверьки! – воскликнула мама и хотела открыть коробку.
- Не открывай, а то они все убегут – это ящерята! – сказала Тося.
- Где ты их раздобыла?
- В трещине.
- И сколько их?
- Двенадцать.
- О боже! – воскликнула мама. – Этого только нам не хватало! В прошлом году ты принесла четырех птенцов, в позапрошлом попугая, в позапозапрошлом 28 дождевых червей. И вот теперь ящерята!
- Мамочка, пусть они у нас немножечко поживут!
- Ни в коем случае! Они еще маленькие и хотят к маме.
В этот момент из коробки неожиданно донеслось какое-то гудение, а потом тонкие голоса заголосили: «К маме! К маме! К маме!»
Ничего не поделаешь, Тося взяла коробку и отнесла ее назад к трещине. Из нее уже выглядывала озабоченная мордочка взрослой ящерицы, наверно это и была их мама Дуся.
Тося приоткрыла коробку и из нее стали стремительно вылетать пули, как будто из ружья. Но это были не пули, а ящерята. Они выскакивали из коробки и приземлялись в трещине.
Дуся их внимательно сосчитала и убедилась, что все 12 были на месте. Затем она помахала Тосе лапкой и вся семья исчезла в глубине трещины.

Счастливый
К о н е ц

Tags: , , ,

Leave a comment
CAN A PRODUCER (ART DEALER, ART AGENT, ART GALLERIST) BE SMART?
(A Test)

Some friends told me, rubbish, producers, art-dealers and art agents are a special primitive business-like tribe craving only for contracts and money: they can never be taught any art. I protested saying that they are also human beings and must have at least a tiny bit of creativity.

T H I S P R O P O S A L I S A T E S T F O R T H E M.

I PROPOSE THEM ART LESSONS AGAINST PRODUCING LESSONS.

IF THERE WILL BE A PRODUCER (ART DEALER, ART AGENT) WHO WANTS TO GROW UP CREATIVELY, I’LL LET HIM TEACH ME GROW UP PRODUCTIVELY!

Maria Makarov,
Independent Artist
Padova
mankate4@gmail.com

Tags: , , , , , ,

Leave a comment
Пингвин Сергей и Льдина
(Сказка)

1. Скука домашней жизни

Пингвин Сергей был еще ребенком, когда он первый раз узнал, что такое скука. Папа и мама пингвины ходили на работу, точнее, плавали на охоту за рыбой – это и была их работа. Вечером, усталые, но довольные, они возвращались на льдину, где они жили, ужинали и ложились спасть. Они, конечно, кормили Сергея, и это было хорошо, но кроме ужина и завтрака с ним почти не общались. Даже сказки мама не успевала ему рассказать. Точнее, она начинала: «Жил-был пингвин. Однажды он пошел…» - и на этом месте неизменно засыпала.
В семье были еще две сестры, но, во-первых, они были гораздо старше, а во-вторых, они были девчонки, и у них совершенно другие интересы. В сказках они не нуждались, а рыбу ловили себе сами, вместе с подружками, поэтому на завтрак и ужин приходили редко.
Иногда приходил друг семьи тюлень, точнее, морской слон дядя Тюля, которого Сергей очень любил. Но тот тоже был вечно занят на стройке ледового общежития для бедных тюленей, и поэтому приходил только раз в неделю.
Гулять тоже Сергею быстро наскучивало. Плавать он еще как следует не умел, да и родители не разрешали покидать родную льдину, так как боялись косаток из семейства зубатых китов, которые, к сожалению, едят пингвинов. Взрослый пингвин еще как-то может от них удрать, да и то не всегда, а малыш вообще никогда.
Поэтому Сергею приходилось все время сидеть на одной-единственной льдине и скатываться с одной и той же ледяной горки – да и то это фактически была не горка, а всего лишь небольшой горбик на льдине.

2. Другая льдина

И вот как-то раз Сергей заметил, что к их льдине приблизилась другая. Она сперва плыла рядом, а потом совсем причалила к Сергеевой льдине. Недолго думая, пингвиненок перескочил на другую льдину. Про себя он подумал: «Не знаю, что будет. Наверно это опасно, но мне так надоело одно и то же, что я готов идти на риск, только бы избавиться от скуки». А может он этого и вовсе не думал, а просто перескочил – и все. Вот ты, например, всегда думаешь, когда что-то делаешь? Я думаю, что нет.
Во всяком случае, на новой льдине ему показалось интереснее. На ней были не только горбики, но и множество дырок. Некоторые из них были просто ямками или пещерками, и Сергей принялся их исследовать. При этом он жалел, что не с кем поиграть в прятки, потому что в этих ямках, а особенно в пещерках, было бы здорово прятаться. Сергей уже умел играть в прятки. Раньше, когда сестры еще не задавались, что они большие, они все-таки играли с Сергеем – в прятки, в салки и еще – кто скорей добежит до конца льдины. Впрочем, в добегании до конца льдины Сергей участвовал только в самом начале – на старте. На первых же шагах сестры его перегоняли и соревновались между собой, а он грустно ковылял один и доковыливал до конца льдины только спустя порядочное время.
Другие дырки в новой льдине были еще более интересными, потому что это были тоннели. Забежав в такую дырку на одной стороне льдины, пингвиненок  неожиданно для себя выскакивал на другой стороне.
Это было так увлекательно, что Сергей буквально забыл обо всем на свете. Когда же он опомнился и посмотрел вокруг, то увидел, что его новая льдина плывет в открытом океане практически одна. Кругом была вода, и только на горизонте была видна еще какая-то льдина. Может быть, это была Сергеевская льдина, а может еще какая-нибудь. Но даже если это была не какая-нибудь, а именно Сергеевская льдина, то все равно – нечего было и думать, чтобы до нее доплыть.

3. Голод не тетка

Сергей был в отчаянье. Он долго сидел, обхватив голову ластами. При этом он внутренне обращался к пингвиньему Богу, говоря: «Боже мой, что я натворил!»
Но делать нечего. Не повернешь же льдину назад! Если бы он был могучим морским слоном как дядя Тюля, то он бы попробовал. Но он был всего лишь пингвином!
Но прошло какое-то время, и Сергей почувствовал, что в животе чего-то не хватает. Он тут же вспомнил, как дядя Тюля приносил ему в подарок особенно вкусную рыбку, и при этом говорил: «Кушай, Серега! Голод не тетка!» Сейчас Сергей понял эту поговорку. Если бы голод был доброй теткой, то с ним еще можно было бы договориться. Но он, к сожалению, был не доброй теткой, а злым дядькой.
Сергей сел на край льдины и стал водить в воде лапками. Какая-то глупая рыбина подумала, что это два червячка, и попыталась укусить одного из них. Но не тут-то было: Сергеев клюв был наготове. Рыбка оказалась вкусной.
Так он делал и дальше, а иногда даже нырял, и так, постепенно, научился плавать. Теперь голод ему не грозил.
Ты может быть спросишь, а как ему не надоедало есть одну рыбу? Ну, во-первых, он ел еще рачков. А во-вторых, рыбы бывают разные, например, бывают серебрянки и сардины. И тех и других Сергей очень уважал. Правда, когда он был малюткой, он сосал материнское молоко. Но быстро от этого отвык и начал как все есть рыбу. Причем сырую, вместе с рыбьим жиром. А рыбий жир полезный, и поэтому Сергей никогда не болел.
4. К северу холоднее
Итак, Сергей плавал и охотился, но все-таки далеко от льдины боялся отплывать. И не только из-за своих врагов-косаток. Дело в том, что льдина не стояла на месте как родная льдина Сергея, а двигалась, причем довольно быстро. Почему она двигалась, я не знаю, возможно, она попала в какое-то течение.
A вдруг льдина тоже была ребенком? Вдруг она, так же как Сергей, скучала среди взрослых льдин, и в какой-то момент нарочно оторвалась и уплыла? На вид льдина – это простой кусок льда, но может быть в ней есть что-то живое. А что – мы не знаем. Не можем же мы знать все!
Как бы там ни было, льдина плыла все дальше и дальше к северу. Поскольку ты живешь в Северном Полушарии нашей планеты, то ты, конечно, думаешь, что становилось холоднее. Ничего подобного, становилось только теплее – ведь  Сергей жил в Антарктиде, то есть, в Южном Полушарии, недалеко от Южного полюса. А на Южном полюсе, хотя он и Южный, так же холодно, как и на Северном. А двигалась льдина в сторону экватора, то есть к самому жаркому месту на земном шаре.  Только до экватора пока еще не добралась ни одна льдина: все они растаяли от тепла.  Тут-то и была главная опасность для Сергея; но сначала он этого не понимал.
День за днем Сергей чувствовал все больше тепла, которого никогда не было в Антарктиде. Это было пока еще выносимо, но не очень приятно. Хорошо еще, что дело было в июне, когда в Южном Полушарии зима.
Однажды Сергей попробовал, как всегда, пробежать через тоннель на другую сторону льдины, и вдруг посередине тоннеля оказался обрыв, с которого он выскочил прямо в море. От неожиданности он глубоко нырнул и под водой забыл, в какую сторону возвращаться на льдину. Но вынырнув, сразу сориентировался и догнал льдину.
«Значит, от льдины откололся кусок», - догадался Сергей. Другие части льдины тоже становились все меньше. Наконец, пингвиненок оказался на небольшом плывущем островке. А солнышко все припекало, и тут Сергей пришел в ужас: он понял, что скоро останется вообще без спасительной льдины.

5. Оя

Но вот однажды утром, когда льдина была уже совсем маленькой, Сергей увидел берег. На берегу росли деревья. Он, конечно, не знал, что такое деревья – в Антарктиде они не водятся. Тем более, он не знал, что они называются эвкалипты. Не знал он и того, что на своей льдине проплыл 800 километров, и оказался возле городка Ушуая, самого южного в Южной Америке.
На пляже было пустынно, потому что была зима. Здесь гуляла только девочка Оя одиннадцати лет со своей собачонкой Пинки. Она-то и увидела странное зрелище: по океану плыла небольшая льдина, на которой сидел маленький черненький с белым брюшком зверек.  Судя по всему, зверек очень нервничал: он подпрыгивал и ерзал по льдине взад-вперед и время от времени издавал жалостливый стон.
Сергей тоже заметил девочку с собачкой, но для него это были два неизвестных зверя. Он не то чтобы их боялся, но не доверял. Папа всегда учил его не доверять тому, чего ты не знаешь. «Чем меньше знаешь, тем меньше доверяешь», - говаривал папа. А тут - Сергей СОВСЕМ не знал этих странных зверей. Значит, он должен им СОВСЕМ не доверять!  Но что делать, если льдина все равно плыла к берегу?  Пингвиненок нервничал и суетился, не зная, что предпринять. Бросить льдину и уплыть? Это было страшновато. Так он волновался, пока, наконец, льдина не подплыла к берегу. К этому времени льдина уже растаяла настолько, что стала всего лишь куском льда. Тогда Сергей решился: он соскочил со льдины и вытащил ее  на песок.
Оя и Пинки смотрели на него во все глаза. Оя, правда, видела пингвинов в зоопарке, а Пинки вообще никогда не видел, хотя ростом был почти с Сергея. Поэтому он подбежал к зверьку и, виляя хвостом, стал его доброжелательно обнюхивать.
Шлеп! И Пинки отскочил как ужаленный: он получил довольно-таки сильную оплеуху ластом. Ласты у пингвинов, хотя и считаются остатками крыльев, но довольно твердые и мускулистые. Поэтому удар был силен, и Пинки, завизжав, отскочил назад.
Понятно, что Сергей не нарочно ударил пса – это была простая реакция защиты.
Оя взяла напуганного Пинки на руки и внимательно посмотрела на пингвина. Она сказала ему: «Пойдем со мной», но он не понял. Тогда Оя сделала несколько шагов в сторону дома, и оглянувшись, пригласила жестом пингвиненка. Но тот только отрицательно помотал головой, указывая на льдину.
«Неужели он хочет, чтобы я взяла этот кусок льда с собой? Наверно, для него это важно», - подумала Оя, и тут пингвиненок опять показал ластом на льдину.
Девочка выпустила Пинки и взяла на руки льдину. Она была довольно тяжелая и скользкая. К счастью, дом был недалеко. Войдя в дом, Оя, подумав, открыла морозилку холодильника. Она показала ее пингвиненку. Увидев столько льда в этой, как он думал, пещере, Сергей обрадовался – ведь лед для него был родным домом! Оя взяла остаток льдины (он был уже совсем небольшой, почти как сам Сергей) и положила в морозилку. 
Пингвиненок радостно захлопал в ласты, а Пинки залаял, пятясь от пингвиненка, боясь, что опять получит оплеуху.

6. Чудо на льду

Так началась новая жизнь Сергея. Оя налила ему воды в детскую ванночку и поселила в саду, где, к счастью, было достаточно места и для купания, и для прогулок.
Родители Ои, аргентинские индейцы, люди добрые, но молчаливые, почти не удивились появлению пингвиненка. Они привыкли, что их дочь постоянно что-нибудь вытворяет.  Из последних «вытворяний»:  Оя одела Пинки в девочку и водила на задних лапках по местному супермаркету; Оя нашла птичье яйцо, и его высиживала (оно не высиделось); Оя соединила ниткой цепочку жуков и выпустила их летать в классе во время урока испанского языка. И так далее.
Но больше всего на свете Оя любила кататься на коньках. Поэтому неудивительно, что она задумала научить этому Сергея (она назвала его Поки).
Отец Ои был механиком и по просьбе дочери соорудил пингвинские коньки из двух пластинок с креплениями на прилипках.
Весь Ушуйский каток сбежался смотреть на маленькое чудо: пингвина-конькобежца. Сперва Сергей неумело шлепался на пузо, вызывая хохот окружающих. Но уже через пять минут он смог проехать метра три по прямой, а через 10 минут научился делать повороты. Через час он уже свободно скользил среди катающихся, выделывая немыслимые пируэты.
В этот день Оя вернулась домой с одной мыслью: Поки должен выступать в балете на льду. Она послала предложение в самый главный балет на льду – Ice-Miracle Company.
Вот что она написала:
«Буэнос-Айрес, Ice-Miracle Company.
Дорогие люди из Ледяного Балета!
Хотя я правда выпустила на уроке жуков, я хорошо знаю испанский язык. Поэтому я вам решила написать письмо. Мое письмо небольшое, но важное. Я познакомилась с пингвином Поки, который еще невелик. Но уже умеет кататься. На коньках. Он кроме этого добродушный, а это тоже важно для артиста, я думаю. У него папины коньки из двух пластинок. Он любит рыбу и рачков. Он еще любит удивляться. Он очень симпатичный, только вместо ушей у него только дырочки».
Внизу она написала, чтобы было понятно от кого:
«Оя из города Ушуая, самого южного в Южной Америке. Так сказала учительница географии Мирабель, мы зовем ее Чайка, потому что она все время кричит. Улица Возле Моря, дом 6. Фамилия Попокатепетль, как вулкан».
Вскоре Оя получила ответ: ее с Поки приглашали на просмотр в Буэнос-Айрес! И даже прислали деньги на билет!
Не буду грузить тебя подробностями, но достаточно сказать, что Поки-Сергей был принят в балет, а Оя назначена его личным тренером. После упорных тренировок он начал выступать в шоу с отдельным номером под названием «Чудо-Поки». Успех был сказочный! Публика хлопала пингвину так долго, что не оставалось времени для других номеров, и остальные артисты завидовали и сердились. Но Оя и Сергей были такими милыми, что артисты не могли на них долго сердиться. Тем более, что Оя после каждого представления за свой счет угощала всех артистов мороженым. Кстати, они с Сергеем получали немалое жалованье: 1000 евро за каждое выступление!

7. Комиссия

Так прекрасно все шло, что не верилось, что это может когда-нибудь прекратиться. Но однако это случилось.
Наверно все-таки зависть взяла свое, но однажды в балет заявилась комиссия государственных чиновников. Это были дяди, одетые в черные пиджаки и галстуки, в сопровождении теть в черных закрытых платьях. Они заявили, что использование животных на сцене запрещено, так как унижается их достоинство.
Сергей, который уже немного научился понимать человеческую речь, был в ужасе. Если бы он умел по-человечьи, он бы закричал: «Никакое мое достоинство не унижается. Наоборот, мне очень приятно и интересно выступать!» Но, к сожалению, он не умел говорить, а только заплакал. Вскоре к нему присоединился весь балет на льду. Только одна фигуристка по имени Матильда не плакала, и все сразу догадались, что она и есть доносчица. Именно она настучала комиссии насчет Сергея.
Но ничего не поделаешь. Приехала специальная машина, в которую был посажен Сергей и по приказанию чиновников отправлен в Зоосад. Ою с ним не пустили.

8. Зоо ад

Над входом в зверинец города Ушуая красовалась надпись большими буквами: «ЗООСАД», но  какой-то шутник оторвал букву С, так что осталось «ЗОО АД». В этой надписи было что-то зловещее, и так вправду и оказалось.
Сергея поместили в маленькую клетку, в которой половину занимала льдина, но не настоящая, а из пластмассы. Так хозяин зоо ада хотел показать, что у них для животных созданы «природные условия». В углу было корытце с грязной водой, якобы для купания. О том чтобы покататься на коньках не было и речи.
Но самое ужасное была еда. Это была или тухлая мороженая рыба, или еще хуже – кошачий корм. Очевидно хозяин зоо ада по имени Рудольф плохо учил зоологию в школе и считал, что кошки и пингвины – это одно и то же.
Вход в зоо ад стоил немало – 12 евро. Заплатив такие деньги, посетители считали, что им все можно. Поэтому они всячески издевались над животными. Вот тут-то Сергей понял зловредство человеческой породы. Те же самые люди, которые еще вчера хлопали ему на арене ледового шоу, теперь совали палки через решетку, норовя ткнуть в живот. Они кидали ему через верх помидоры, которые пингвины не едят, и дразнились «Поки-Поки фигурист, у тебя в кармане глист».
Оя, конечно, защищала Сергея как могла. Она пыталась доказывать посетителям, что пингвин хороший и ни в чем не виноват, и тогда один особенно зловредный мальчишка по имени Чик сказал: «Если его сюда посадили, значит виноват. У нас так просто не сажают».
Оя разозлилась и поколотила Чика. А драться она умела. Чик заорал дурным голосом и с синяком под глазом побежал жаловаться. Прибежали служители зоо ада и выпроводили Ою за ворота. «Это вам так не пройдет!» – сказала себе Оя.

9. Гадский Рудольф

Ночью, когда все жители Ушуая крепко спали, Оя пролезла в зоо ад через дырку, которая осталась от буквы С. При свете луны она без труда нашла клетку несчастного Сергея, который был измучен настолько, что не мог заснуть. Оя перекинула через верх клетки веревку с петлей. Сергей все понял и обвязал петлю под ластами. Оя подняла Сергея и вытянула из клетки, хотя он немного порезал себе живот о ее острые края.
В конце концов они благополучно добрались до дома, где Оя намазала Сергеев живот зеленкой. Измученные друзья крепко заснули, но утром были разбужены лаем Пинки.
Вскочив, Оя подбежала к двери. На крыльце стоял хозяин зоо ада Рудольф и потрясал в воздухе какой-то бумагой. За его спиной виднелись два дюжих служителя зоо ада.
- Пингвин принадлежит мне, – кричал Рудольф. – Вот документ! Ты еще ответишь за кражу моей собственности! Сейчас же отдавай пингвина, а то я позову полицию!
Оя лихорадочно соображала, что она может сделать, но ничего не приходило в голову. Родители были на работе, да и все равно – не стали бы они драться с Рудольфом и его служителями. Фактически Рудольф был прав: закон на его стороне.
- Сейчас я его одену, - машинально ответила она, забыв, что пингвины не одеваются – у них и так имеется прекрасный фрак из черной спинки и белая рубашка на брюшке.
Как Оя ни старалась протянуть время, но все-таки пришлось отдать им Сергея. Пингвин был в ужасе, но сопротивляться не мог – он изрядно ослабел во время пребывания в зоо аду.
Сцена на крыльце была душераздирающей, когда служители связали Сергею ласты за спиной и вместе с Рудольфом стали спускаться с крыльца, ведя несчастного зверя.

10. Страшная туша

Но вдруг они остолбенели. Да на их месте остолбенел бы любой, даже тот, кто и не думал столбенеть. Это было нечто устрашающее: по садовой дорожке двигалось гигантское существо невероятного вида. Это была огромная коричневая туша с хоботом поменьше чем у слона, с торчащими черными усами и выпученными глазами. Существо подошло к крыльцу и, недолго думая, начало методично лупить огромными лапами (точнее, ластами) сперва служителей, а потом и их хозяина. Могучими оплеухами людишки были оглушены и брошены на песок, потом поползли прочь и, став на ноги, пустились удирать во все лопатки.
Существо улыбнулось и что-то сказало на каком-то языке. Потом оно погладило ластой Сергея и прижало его к своей мощной груди.
- Дядя Тюля! – воскликнул Сергей на пингвино-тюленьем языке, и существо радостно заурчало.
Пинки был сперва в отключке, а потом пришел в себя и зарычал. А Оя глядела на все это в изумлении.  Она конечно сообразила, что это друг, хотя и не знала историю дружбы пингвина с тюленем – морским слоном.
Сергей был спасен, но Оя прекрасно понимала, что это ненадолго. Опомнившись от страха, Рудольф, конечно, притащит полицию с пистолетами и автоматами, чтобы убить «страшного зверя».
«Что же делать, что же делать…» - лихорадочно крутилось у нее в мозгу. Но что она сможет сделать против вооруженных полицейских?

11. Идея Сергея

И тут неожиданно начал действовать Сергей. Он вошел в дом, подошел к холодильнику и указал ластом на морозилку. У Ои мелькнула сумасшедшая мысль. А почему бы и нет?
Она открыла морозилку и вытащила льдину, которая успела изрядно подрасти. Вместе с Сергеем они понесли льдину к морю, а дядя Тюля с Пинки шествовали сзади, прикрывая отступление.
На берегу Оя крепко обняла Сергея и спустила льдину на воду. Сергей залез на льдину, а дядя Тюля стал толкать ее подальше от берега.
Оя и Пинки видели, как все огромное туловище морского слона скрылось под водой, а над водой была видна только круглая коричневая голова с черным носом, торчащими усами и широко расставленными выпуклыми глазами. Дядя Тюля усердно толкал льдину, и вскоре вся эта сцена превратилась в точку, а затем и вовсе скрылась из виду.
Ое стало так грустно, что она даже заплакала, хотя вообще-то такие боевые девочки никогда не плачут. Пинки тоже не выдержал и жалобно завыл.

12. Эпилог

Все остальное происходило без приключений. Только однажды было нападение косаток, которые пытались запрыгнуть на льдину и полакомиться Сергеем. Но дядя Тюля отогнал хищниц могучими ударами своего хвоста.
Льдина двигалась к югу. С каждым днем становилось все холоднее, и на льдину стал нарастать новый лед. Вскоре она была уже настолько велика, что дядя Тюля мог на нее забираться, чтобы отдохнуть от толкания.
Велика была радость родителей и сестер при виде Сергея, которого они считали погибшим. Впрочем, они считали погибшим и дядю Тюлю, который отправился на поиски Сергея еще полгода тому назад. Сам дядя Тюля рассказал, что он сперва перепутал течения и поплыл в сторону Австралии. Но потом вернулся и поплыл в правильном направлении, то есть, к Южной Америке. Ему повезло в том, что возле мыса Горн он повернул направо, а не налево, и так попал на пляж возле города Ушуая. Там он направился к дому, видневшемуся невдалеке - а остальное ты знаешь.
Почему дядя Тюля направился именно к этому дому? У меня есть предположение. Поскольку, как я говорил, льдина-путешественница была непростая, в нее мог быть вмонтирован миниатюрный передатчик. Сигналы от льдины, которая лежала в морозилке в Оином доме, поступали на приемник дяди Тюли и таким образом он знал направление поиска.
Но вернемся к Сергею. Теперь ему было не до скуки. Все к нему устремились и его полюбили, тем более что он стал знаменитым на всю Антарктиду рассказчиком. За недорогую входную плату в виде одной рыбки серебрянки он рассказывал, как жил среди людей, как здорово выступал в ледяном шоу и как потом мучился в зоо аду.
В результате пингвинские подростки решили соорудить каток, где катались на льдинках. Сергей стал там преподавать. Он тренировал молодежь и устраивал чемпионаты Антарктиды по пингвин-скейтингу.
А дядя Тюля благополучно достроил общежитие для бедных тюленей и ушел на пенсию. Он часто вспоминает, как надавал оплеух этим противным существам – людям, и как спас любимого пингвина Сергея.
А знаменитая льдина-путешественница привязалась к Сергеевой льдине и превратилась в игровую площадку для малышей.
К  о  н  е  ц

Tags:

1 comment or Leave a comment
Мемо - Обращение ко всем заинтересованным

Передвижная выставка «3000 судеб»
Предложение проекта


8 мая 2014 года в Риге открылась выставка «3000 судеб», посвященная участникам трех транспортов с еврейскими заключенными, депортированных в Ригу из транзитного концлагеря-гетто Терезин в 1942 году.

Целью проекта, проводимого рижским обществом «Шамир» в подопечном Музее Рижского гетто, является дальнейшее исследование и популяризация среди населения сведений о холокосте на территории Латвии.

Автором и руководителем проекта является Елена Макарова (Израиль), всемирно известный исследователь, писатель и куратор выставок на тему Терезинского лагеря. На открытии присутствовали члены латвийского парламента, послы Чехии, Израиля и России и другие официальные лица, а также представители медиа.

В реакциях посетителей и отчетах СМИ говорилось о содержательности и высоком уровне выполнения выставки и сопровождающих ее книг «3000 судеб»; особо подчеркивался искусный и впечатляющий дизайн экспозиции (дизайнер Мария Макарова, Италия).

Краткое описание: В полутемном зале старой казарменной архитектуры, которое расположено на набережной реки Даугавы, в особом порядке развешены кубы 60х60 см с подсветкой изнутри и полупрозрачными стенками, на которых как бы проецируются изображения: увеличенные фотографии узников и документы, взятые из архивов чешской полиции 1920-х – 1930-х годов, а также из семейных коллекций.

Необычность источника – чешская полиция – объясняется тем, что рижские транспорты (точнее, два из трех) были первыми отправленными из Терезина уже в начале января 1942 года – вопреки обещаниям нацистов, что лагерь будет служить только для проживания там евреев. Еврейское «самоуправление», поставленное перед тяжелым выбором, решило укомплектовать эти транспорты «чужаками» и «штрафниками», т.е. теми, кто бежал из фашистской Германии, Австрии и оккупированной Судетской области, спасаясь от преследований. Документы рассказывают об их регистрации для получения удостоверения личности, о задержаниях, например, за нарушения паспортного режима или за отсутствие на одежде звезды Давида, о подаче документов на эмиграцию из Протектората Богемии и Моравии и т.д. Из этих документов и были взяты большинство фотографий, показанных на «лампах».

Среди депортированных и расстрелянных в Риге или погибших в дальнейших концлагерях – основатель дадаизма Вальтер Сернер, чемпион Германии по боксу Гарри Штейн, писатель Эрвин Вайль и другие известные личности, но по большей части это обычные торговцы, ремесленники, учителя, чиновники.

Особенность дизайна не только в оригинальной идее ламп-«проекторов» и их композиции в пространстве, но и в их выполнении. Каждый из 108 кубов - это коллаж, снабженный надписями и художественными элементами, выполненными дизайнером вручную, то есть представляет собой отдельное произведение искусства.

В пространстве зала абажуры-кубы с особой тонировкой бумаги, на которых проецируются портреты или семейные фотографии, иногда колеблясь от случайных потоков воздуха, как бы дрожат в полумраке, вызывая полу-мистический эффект парящих душ.

Возможности применения выставки

С точки зрения жанра эта выставка – одновременно и мемориал Шоа, и произведение современного искусства, она несет и духовный, и художественный посыл. Поэтому она может быть установлена как в местах, непосредственно связанных с историей Шоа, так и в религиозных или общекультурных институтах и заведениях.

Модульное устройство выставки делает ее передвижной. Экспонаты легкие и не занимают много места. Экспозиция легко разбирается, упаковывается и транспортируется в одном грузовике. Ее монтаж прост и не трудоемок – требуется только помещение (в зависимости от количества применяемых экспонатов – при 108 экспонатах – около 80 кв. метров) и возможность подводки электричества к световым кубам.

Стены остаются нетронутыми. Выставка может использоваться как отдельная экспозиция в музее, мемориале, библиотеке, синагоге, общинном центре и т.д., но также и как сопровождающая экспозиция, например, в кулуарах конференции на тему Шоа, в фойе театра, где дают спектакль на тему Катастрофы, скажем, терезинскую оперу «Брундибар», концерт терезинской музыки, или «Реквием» Верди, исполняемый под эгидой ассоциации «Реквием непокорных» (Defiant Requiem) под управлением Мюррея Сидлина.

Состав экспозиции может меняться, однако это требует дополнительного исследования и изготовления новых элементов. Этими возможностями владеют в настоящее время только автор (Елена Макарова) и дизайнер (Мария Макарова), обладающие соответствующими знаниями, квалификацией и опытом.

Отзывы ВИП-ов в течение церемонии открытия, широкое освещение в СМИ и Интернете, а также отзывы посетителей в первые недели работы выставки убеждают в ее успехе и важности. Посвященная лишь одному действию трагедии – Рижским транспортам из Терезина – она становится символом всей  Катастрофы европейского еврейства. Особенную значимость этой символике придает самоидентификация. Экспозиция позволяет в буквальном смысле поглядеть в глаза погибшим и считанным выжившим – таким же как мы мирным жителям, только из Праги и Брно.

Выставка пробудет в Музее рижского гетто до 10 октября, затем может отправляться в путь.

Настоящим письмом мы обращаемся ко всевозможным организациям и частным лицам всего мира с предложением: пригласить к себе «3000 Судеб».

Елена Макарова
Автор и куратор выставки
Общество «Шамир», Рига

Tags: , , , ,

1 comment or Leave a comment